ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКИЙ РЕГИОН.

АСПЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ



Тайная война в Турции (IV)

Турецкий исследователь контрповстанческой секретной армии Джелик подчеркнул, что, хотя за созданием турецкой секретной армии стояли Соединенные Штаты, которые финансировали НРО и Управление специальных операций, было бы слишком просто считать, что Белый дом полностью держал под контролем тайные военные силы Турции во время холодной войны. Как подчеркнул Джелик, «Это очень упрощенно… говорить о контрповстанческой секретной армии только как об американском детище, реагирующем исключительно на приказы Америки» (34). В связи с весьма специфическим характером пантюркизма, на который приходится большая часть идеологии турецких боевиков, секретная армия Турции не может сравниваться с другими такими же армиями Западной Европы. «Определение турецкой контрповстанческой секретной армии не совпадает с определением ни одной другой страны — члена НАТО, — подчеркнул Джелик. — Было бы неправильно использовать одно и то же определение, потому что в таком случае все очень сильно расходилось бы с истиной». Кроме того, жестокость частей, а также их организационные встраивания в государственную систему могли быть быстро преуменьшены, «потому что в Турции контрповстанческая секретная армия — это аппарат, проникший в государство» (35). Говоря о том же вопросе с другой точки зрения, турецкий министр обороны генерал Хасан Эсат Исик подчеркнул влияние Белого дома и жестоко критиковал диверсию по отношению к турецкому суверенитету через спонсируемую США контрповстанческую секретную армию: «Идея пришла из Соединенных Штатов. Финансирование тоже… Одного не понимаю вообще, как можно договориться до того, чтобы разрешить иностранному государству контролировать организации в Турции, влиять на них и формировать их» (36).

Обучение для секретной контрповстанческой армии проводилось в Турции в разных местах, а также в странах дальнего зарубежья. Военизированные центры обучения включали школы в Анкаре, Болу, Кайсери, Бука в районе Измира, Чанаккале, а после 1974 года также и на Кипре. Вгорном центре коммандос в Болу американские специальные силы, включающие «зеленые береты», проходящие подготовку к войне во Вьетнаме, проходили обучение вместе с контрповстанческой секретной армией. Отобранные офицеры секретной армии проходили инструктаж в США в Школе Америк. Известный центр обучения спецназа и террористов был открыт в 1946 году в Панаме, а в 1984 году он переехал в Форт-Беннинг армии США, что в 85 милях к юго-востоку от Атланты в Джорджии. Школа, в которой наряду с офицерами секретной армии оказались около 60 000 латиноамериканских солдат, получила мировую известность как рассадник насилия. Майор армии США Джозеф Блейр, преподававший в Школе Америк в течение трех лет, с некоторым сожалением вспоминал: «Офицеры учили, что их можно взять [людей] и бросить в автобус и прострелить им затылок» (37).

В SOA в подготовку для тайных солдат из Европы входила идеологическая обработка, во время которой членам тайных сетей «показывали фильмы, которые демонстрировали агрессию и подрывную деятельность коммунистов», — вспоминал ученый Джелик. Если рассматривать методы обучения, то террористический учебный центр Школы Америк в США якобы был почти идентичен террористическим центрам Аль-Каиды Усамы бен Ладена в Афганистане. «Их учили, как использовать взрывчатые вещества, обучение проходило под контролем «зеленых беретов» в Матаморосе рядом с мексиканской границей; их учили, как убить, зарезать или задушить кого-то тихо» (38).

Среди инструкций был также пресловутый засекреченный Боевой устав 30-31 вместе с его приложениями FM-30-31А и FM-30-31B, написанный американскими экспертами по терроризму из секретной службы Пентагона, Разведывательного управления Министерства обороны США, и переведенный на разные языки (39). На 140 страницах руководства прямым четким языком даются рекомендации по деятельности в области саботажа, бомбардировок, убийств, пыток, террора и фальсификации выборов.

И, возможно, ее наиболее важные рекомендации FM 30-31 инструктируют солдат секретной армии осуществлять акты насилия в мирное время, а потом обвинять в этом коммунистического врага для того, чтобы создать ситуацию страха и настороженности. Как альтернатива, солдатам секретной армии поручают внедряться в левые движения и призывать их использовать насилие: «Могут быть случаи, когда правительства принимающих стран выказывают пассивность или нерешительность перед лицом коммунистических диверсий и в соответствии с толкованием спецслужб США не реагируют с достаточной эффективностью», — устав описывает ситуацию, когда должны применяться так называемые операции «Под чужим флагом». «Американская военная разведка должна уметь убеждать в необходимости проведения специальных операций, которые убедят правительства принимающих стран и общественное мнение в реальности опасности мятежа. Для достижения этой цели американская военная разведка должна стремиться к внедрению агентов по особым поручениям, с задачей формирования специальных групп среди наиболее радикальных элементов мятежников». Внедренные агенты затем должны были заставить группу противника обострить насилие, на что в свою очередь регулярные вооруженные силы и боевики контрповстанческой секретной армией должны были отреагировать. «В случае если не представлялось возможным успешно внедрить таких агентов в командование повстанцев, могло быть полезным использовать крайне левые организации для собственных целей, для достижения описанных выше целей» (40).

В уставе FM 30-31 открыто подчеркивалось то, что считалось основным: участие Пентагона должно оставаться тайной при любых обстоятельствах. «Эти специальные операции должны оставаться в строжайшем секрете. Только те, кто действует против революционного восстания, должны быть осведомлены о вовлеченности армии США во внутренние дела союзной страны. Тот факт, что военные силы США участвуют больше, чем показывается, не должен стать известным ни при каких обстоятельствах» (41). Для того чтобы ограничить принцип необходимого знания об уставе FM30-31 и его дополнениях, его копии были, как подчеркивается в книге, «строго ограничены и были доступны только лицам, указанным в списке рассылки». Лучше, если бы бумажный след не оставался бы вообще. «Когда возможно, подробные инструкции на основе настоящего документа должны передаваться в устной форме. Должен быть подчеркнут крайне секретный характер этого дела» (42).

Но поскольку тайны никогда не хранятся вечно, турецкая газета «Барыш» в 1973 году на фоне целого ряда таинственных актов насилия и жестокости, которые потрясли турецкое общество, объявила о публикации FM 30-31. После этого журналист «Барыш», который завладел секретным руководством, исчез, и никто больше о нем не слышал. Несмотря на очевидную опасность, Талат Турхан два года спустя опубликовал турецкий перевод сверхсекретного устава FM30-31, после чего публикации руководства по терроризму появились также в Испании и Италии (43). После разоблачения секретных армий НАТО в Европе ученые стали исследовать прямую связь между FM 30-31 и секретными армиями. Аллан Франкович в своем документальном фильме Би-би-си о «Гладио» представил копию FM 30-31 высокопоставленным американским чиновникам. Рэй Клайн, заместитель директора ЦРУ по разведке в 1960-х годах, подтвердил: «Это подлинный документ». Уильям Колби, директор ЦРУ с 1973 по 1976 год, был тесно связан с операцией «Гладио» и секретными армиями во многих странах Западной Европы, но перед камерой не желал признавать эту темную сторону истории своей страны и заявил: «Я никогда не слышал об этом». Специалист по пропаганде ЦРУ Майкл Ледин также не пожелал смотреть на документ, заявив, что это советская подделка. Личо Джелли, итальянский масон и лидер антикоммунистической P2 откровенно сказал Франковичу: «Я получил это от ЦРУ» (44).

В Турции вспыхнули беспорядки в масштабах, невиданных с 1920-х годов, после того как 12 марта 1971 года турецкие правые военные устроили второй переворот после окончания Второй мировой войны и вновь захватили власть. Десятилетие, последовавшее за переворотом, было отмечено чрезвычайно сильными конфликтами, в которых боевики контрповстанческой секретной армии, «Серые волки» и Национальное разведывательное сообщество, покрываемые правыми военными и политиками, боролись с политически левыми, и страна погрузилась в ситуацию, напоминающую гражданскую войну. Общее количество жертв террора 1970-х годов составило около 5000; ответственность за большинство убийств лежала на правых коммандос. Статистика за 1978 год зафиксировала 3319 фашистских нападений, во время которых были убиты 831, ранены — 3121 человек (45).

Наблюдатели отметили, что наиболее реакционные фракции (!) турецких военных, а именно Военно-воздушные силы, отправили своего представителя в Вашингтон до переворота 1971 года, и также до второго переворота девять лет спустя. Перед переворотом 1971 года Мухсин Батур, командующий Военно-воздушными силами Турции, посетил Вашингтон; командующий Военно-воздушными силами Тахсин Сахинкая также предпринял то же путешествие в 1980 году (46). Действующий министр иностранных дел Турции Ихсан Чаглаянгиль, занимавший пост с 1965 по 1971 и с 1975 по 1978 год, позже так вспоминал переворот: «12 марта наблюдался всплеск активности сотрудников ЦРУ, причем собрались большие силы». Не обвиняя ЦРУ напрямую за то, что его и других министров сдвинули с их постов во время переворота, Чаглаянгиль вспомнил о тесных связях ЦРУ с НРО и контрповстанческой секретной армией: «Как же ЦРУ совершило это? ЦРУ сделало это, используя свои собственные контакты. Я говорю о психологическом влиянии, которым оно обладает в разведывательном сообществе. ЦРУ имело возможность контролировать деятельность турецкого разведывательного сообщества» (47).

Полковник Талат Турхан обвинил Соединенные Штаты в разжигании жестокости, от которой Турция пострадала в 1970-х годах. Этому послужило создание Управления специальных операций и контрповстанческой секретной армии, а также подготовка сотрудников этих ведомств в соответствии с руководством, изложенным в уставе FM 30-31. По рассказу Турхана, «Предложения, содержащиеся в этой директиве, — большинство из них, по моему мнению, противоречат Конституции и законам, — были реализованы почти полностью после военного переворота 12 марта 1971 года и 12 сентября 1980 года». Турхан подчеркнул, что «директивы противоречат нашей конституции и четко доказывают применение политики вмешательства американских спецслужб» (48).

Поскольку контрповстанческая секретная армия начала расширять свои операции, Бюлент Эджевит, ставший премьер-министром Турции в 1973 году, также заметил присутствие некой тайной сети. По его собственному свидетельству, он был поражен, когда в 1974 году он впервые услышал о существовании секретного так называемого Управления специальных операций. Его удивление возросло, когда Управление запросило у него денежные средства на якобы новую штаб-квартиру. Когда Эджевит спросил, как долго существует это Управление и кто финансировал его, командующий турецкой армией генерал Перес Шанкар проинформировал премьер-министра о том, что Управление специальных операций финансировалось Соединенными Штатами с первых послевоенных лет, и посоветовал Эджевиту не углубляться в дело слишком далеко, поскольку это относилось к одной из особых государственных тайн (49).

Эджевит не последовал рекомендации генерала Шанкара и провел расследование состояния бюджета. Но там он не нашел организации под названием «Управление специальных операций». По его настоянию он впоследствии получил информацию о военной тайной организации: «Есть определенное число добровольцев-патриотов, чьи имена держатся в секрете. Они имеют скрытые тайники с оружием в различных частях страны». Эджевит осознал риск и стал опасаться, что эти так называемые патриоты могут последовать политике правого крыла и использовать их оружие внутри страны. И все же, поскольку он вынужден был учитывать реалии Турции, то есть преобладание военного аппарата над гражданским, он нехотя согласился с секретной операцией, перечислил им деньги и никогда не обсуждал этот вопрос с Соединенными Штатами (50).

Опасения Эджевита, однако, были вполне обоснованными. Контрповстанческая секретная армия действительно была вовлечена в проведение террористических операций в стране. В 1977 году произошла печально известная бойня. Во время террора 1970-х основные профсоюзы Турции организовали акцию протеста на главной стамбульской площади Таксим на традиционный день труда 1 мая. В 1976 году в условиях растущего внутреннего террора 100 000 человек приняли участие в мирной демонстрации. А в 1977 году по меньшей мере 500 000 человек собрались на площади. Ужас начался, когда заходило солнце: снайперы, находящиеся на крышах прилегающих зданий, начали стрелять в направлении ораторской трибуны. Толпу охватила паника. 38 человек были убиты, сотни ранены. Стрельба продолжалась в течение 20 минут, но несколько тысяч полицейских не вмешались.

Турецкий агент ЦРУ Хирам Абас, который «был ближе, чем его собственный брат» для начальника резидентуры ЦРУ Кларриджа, лично присутствовал на бойне 1 мая (51). Отель «Интернациональ», с которого стреляли снайперы, принадлежал компании ITT, которая уже участвовала в финансировании переворота против президента Альенде в Чили в 1973 году и была в хороших отношениях с ЦРУ. За три дня до майского праздника в гостинице не было постояльцев, зарезервированных номеров тоже не было. 1 мая в отель вошла группа иностранцев. После погрома отель выкупила другая компания, и его название было изменено на «Отель Мармара». В ходе расследования видео- и аудиоматериалы вдруг исчезли (52).

Когда Бюлент Эджевит услышал о бойне, он пошел к президенту Фахри Корутурку и сказал ему, что по его мнению, в бойне участвовали боевики контрповстанческой секретной армии. «Корутурк передал мои опасения тогдашнему премьер-министру Сулейману Демирелю», который сменил Эджевита на посту и, услышав новость, «отреагировал очень эмоционально», но был не в состоянии бросить вызов Управлению специальных операций (53). Эджевит был готов к бою, особенно учитывая возможности контрповстанческой секретной армии. Однажды на званом ужине с высокопоставленным турецким офицером в восточной Турции Эджевит узнал, что генерал работал в Управлении специальных операций. Эджевит ухватился за возможность и сказал генералу: «У меня есть серьезные подозрения о проникновении гражданских лиц в это управление». Генерал заверил его, что «гражданские работают честно и преданы делу, которому служат. Нечего бояться». Эджевит продолжал настаивать: «Если гипотетически, ведь вполне возможно, генерал, что один из этих патриотов может в определенный момент жизни стать лидером Партии национального действия (MHP), которая вовлечена в правый терроризм в этом самом городе». «Да, это действительно так, — ответил генерал. И добавил: — Но ведь этот сотрудник очень хороший человек» (54).

Воодушевленный Эджевитом, заместитель государственного прокурора Анкары Доган Оэз последовал примеру и расследовал связи между правой партией MHP полковника Тюркеша, контрповстанческой секретной армией и Управлением специальных операций, от которого страдала Турция 1970-х годах. В своем заключительном докладе он пришел к заключению, что «за всем этим стоят военные и гражданские службы безопасности. Контрповстанческая секретная армия находится в подчинении Управления специальных операций». Кроме того Национальная разведывательная организация принимала непосредственное участие в массовых убийствах, и «всем этим руководят члены MHP» (55). Прокурор открыл тайну и правильно описал всю ситуацию; после этого 24 марта 1978 года он был убит. Его убийца, член «Серых волков» Ибрагим Чифтчи, признался в преступлении, но насмехался над судебной властью, утверждая, что он был неприкасаемым; и действительно, всякий раз, когда гражданские суды осуждали его, высший военный суд отменял приговор. Гражданские суды были вынуждены сделать примечание: «Убийство государственного прокурора Доган Оэза является установленным фактом. Но мы не можем обжаловать решение военного суда. Обвиняемый был выпущен на свободу» (56).

Ссылки не приводятся.

(Продолжение следует)

Категории: Главное, США, Турция

« Габалинский тупик. Переговоры по продлению аренды радиолокационной станции в Азербайджане грозят закончиться провалом
» Каспийская нефть: конфликт неизбежен