ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКИЙ РЕГИОН.

АСПЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ



Участники этнографической экспедиции о «Талыше загадочном»

С 25 апреля по 5 мая Талышская Национальная Академия совместно с Музеем Антропологии и этнографии им. Петра Великого Российской Академии Наук (Кунсткамера) и Российским Этнографическим музеем проводила научную экспедицию в Южном (Иранском) Талыше. Руководителем экспедиции был сотрудник Талышской Национальной Академии Абилов Игбал, он же является редактором международного научного журнала “Вестник Талышской Национальной Академии”, посвященного комплексному обследованию Талыша. Евгения Захарова – сотрудник отдела этнографии Кавказа Музея Антропологии и этнографии им. Петра Великого РАН (Кунсткамеры), занимается, в первую очередь, антропологией Грузии. Кроме этого, она также участвовала в экспедициях в Дагестан, Кабардино-Балкарию и Восточное Ставрополье. Главным объектом исследовательского интереса другого сотрудника Кунсткамеры – Екатерины Капустиной – является этнография Дагестана (трудовые миграции, современные хозяйственные практики и др.). Также она участвовала в многочисленных экспедициях в Грузию, Ставропольский край, Кабардино-Балкарию и Ростовскую область. Сотрудник отдела этнографии народов Кавказа и Средней Азии Российского Этнографического музея Евгения Гуляева занимается этнографией армян и народов Азербайджана, с 2009г. участвовала в создании музейной экспозиции “Народы Южного Кавказа”, открывшейся в РЭМ 18 мая этого года, является автором раздела “Азербайджанцы”. Е. Гуляева участвовала в экспедиционных поездках в Армению, Азербайджан и Восточное Ставрополье. Представитель Талышской Национальной Академии в Южном (Иранском) Талыше Армин Фариди является известным исследователем талышской музыкальной традиции, собирателем фольклора, автором сборника “Талышская музыка”, в котором представлены 100 народных песен со всего Талыша.

Будучи первой попыткой обследования Иранского Талыша в русскоязычной этнографической науке, поездка, главным образом, имела целью ознакомление с регионом, его особенностями — как культурными, так и географическими, социальными и др.

В первый день участники экспедиции провели несколько интервью с жителями талышских селений в округе г. Решт. На второй день группа посетила знаменитый своей необычной для области архитектурой город Мусля (офиц. Масуле), история которого насчитывает более тысячи лет. На третий день – 27 апреля – был посещен Музей деревенского наследия Гилана, в котором представлены 20 различных образцов местной архитектуры, а также дехестан (сельский район) Алйанд в Фумане. 28 апреля группа продолжила обследование Алйанда. 29 апреля была предпринята поездка и ознакомление с областью Масал. 30 апреля был обследован Рудбарский шахрестан, его талышское население. 1 мая группа посетила Рештский базар, а также городской музей, где, кроме быта местного населения, представлены также артефакты, найденные во время арехологических раскопок в Марлике, Тул-е Талыш, Амлаше, Аг эвлар и др.. Со 2 мая экспедиция продолжилась в центральной части Талыша – в области Асалем. Первый день группа провела в Харджагиле, где, кроме местных жителей, смогла провести интервью с переселенцами из Анбарана (в Ардебиле), а на следующий день смогла собрать ценную информацию в беседах с горными пастухами (шувна) и посетила местную свадьбу. 4 мая участники экспедиции посетили Астару, где поездка и подошла к своему завершению.

За время экспедиции был собран широкий материал об идентичности талышей, взаимоотношениях с окружающими народами, хозяйстве (рисоводстве, скотоводстве), календарном цикле, пантеоне и многом другом.

В преддверии и после завершения экспедиции ее участники ответили на вопросы ИА “Толышпресс”.

25 апреля

— Вы занимаетесь Кавказом? А чем именно?

Екатерина Капустина: Я специализируюсь на культуре Дагестана, в частности, интересуюсь миграционными процессами в социокультурном и социоэкономическом плане. Также у меня был опыт работы среди шиитской общины Дербента.
Евгения Захарова: Моя специализация – антропология Грузии, в частности я занимаюсь механизмами социализации в мужских соседских сообществах Тбилиси, этнографией тбилисской «улицы».
Евгения Гуляева: Я работаю в Российском этнографическом музее в отделе Кавказа, специализировалась на этнографии армян, но последние два года, в связи со строительством экспозиции Народы Южного Кавказа, стала заниматься этнографией народов Азербайджана.

— Какие у вас самые первые впечатления об Иране?

Екатерина Капустина: В Иране я не первый раз, поэтому и мои впечатления не будут первыми. Но, вспоминая свой прошлый приезд 2 года назад, я в радостном ожидании. Красивые люди, плавные, полные достоинства. Теплый воздух, зеленые горы, сладости и чай. Похоже на стереотипы, но эти стереотипы мне милы, и я рада встретиться с ними вновь.
Евгения Захарова: Есть ощущение столкновения с совершенно независимым и самодостаточным миром, который несет себя с заслуженным достоинством, не испорченным высокомерием.
Евгения Гуляева: В аэропорту я ожидала увидеть более закрытых женщин, для меня оказались неожиданностью торчащие челки.
Игбал Абилов: Я, вероятно, буду несколько лиричен в своих впечатлениях. Меня удивил довольно поздний рассвет в Иране. Кроме того, сразу в глаза бросается теплота и открытость местных людей, улыбки и приветливость, которыми они встречают незнакомцев. На протяжении всей дороги до Гилана, уже с раннего утра нам встречались небольшие пикники семей, уютно устроившихся на обочине дороги.

— Какие у вас ожидания от предстоящей поездки?

Екатерина Капустина: Надеюсь понять Иран чуть глубже, чем в первый раз. Хочу познакомиться с иранским Талышом. Хочу уйти от туристического восприятия места.
Евгения Захарова: Хочется познакомиться очно с новой для меня культурой Талыша, и насколько это возможно за две недели, понять ее логику. Для антропологов, да и не только для них, именно личное общение с культурой дает возможность понять не только ее носителей, но и новым взглядом взглянуть на самого себя.
Евгения Гуляева: Ожидания встречи с людьми, новый культурный опыт (в т.ч. телесный).
Игбал Абилов: Это моя первая поездка в Южный Талыш, она не может не вызывать некоторый осязаемый трепет. На личностном уровне, мне очень хотелось бы сравнить ощущения от общения с талышами по обе стороны границы.

— Что бы вы хотели получить от этой поездки в научном плане?

Екатерина Капустина: Мы формулировали для себя множество тем, как традиционно этнографических (описание материальной культуры и аспектов духовной), так и вопросы об идентичности талышей. Однако нам понятно, как сложно работать без языка в новом для тебя “поле”, поэтому очень хочется чтобы хоть что-то получилось.
Евгения Захарова: Предполагаемый срок нашего пребывания в Талыше, к сожалению, слишком краток, поэтому наше полевое исследование будет иметь скорее пилотный характер. Наиболее амбициозные надежды, которые питает, наверное, любой антрополог готовясь к “полю” — на то, что удастся “нащупать” и раскрыть нечто, что ускользнуло от внимания предыдущих исследователей, а более реалистичные – что мы сможем предложить свой свежий взгляд на культуру, который будет интересен в том числе и ее носителям.
Евгения Гуляева: Очень хотелось бы собрать хороший материал, хотя понятно, что есть определенные сложности: языковой барьер в первую очередь.
Игбал Абилов: Кроме помощи коллегам в преодолении языкового барьера, я надеюсь собрать сведения о календарном цикле и об осколках доисламских верований, которые глубоко укоренены в духовную культуру талышей, сравнить с ранее собранным материалом в Северном Талыше.

— Занимались ли вы специально проблемами талышской этнографии ранее?

Екатерина Капустина: К сожалению, это будет мой первый опыт работы среди талышей.
Евгения Захарова: Нет, это первое исследование в Талыше, которое мы проводим.
Евгения Гуляева: Я составляла краткую характеристику собрания Российского этнографического музея по талышам, готовила к публикации отчет сотрудницы музея Е.Н. Студенецкой 1962 г. о Талыше и была в Астаре и Ленкорани по дню. Вот и весь опыт.

5 мая

— Каковы Ваши впечатления от Талыша?

Екатерина Капустина: Впечатления, конечно, самые яркие. И самые положительные! И от Ирана в целом, и от Талыша как очень самобытного и ароматного места. И, конечно, люди — гостеприимные, добрые и очень-очень красивые!
Евгения Захарова: Талыш загадочный. Уходящие в туман горы, высокие террасы домов, на которых хочется остаться дольше, чем позволяет ограниченное время интервью. Рисовые поля, влажность, настойчиво вызывающие ассоциации с Восточной Азией. Теплые и по-человечески “понятные” люди. Есть впечатление какой-то общей мягкости, спокойствия, гармоничности жизни.
Евгения Гуляева: Самое главное богатство Талыша – это люди. Нам очень повезло, что мы жили в семье, навещали родственников с разных сторон.
Игбал Абилов: Впечатлений за этот небольшой отрезок времени набралось чрезвычайно много. В первую очередь, как заметили в разговоре коллеги, для меня поездка, на уровне впечатлений, была познаванием «неизведанной» Родины. Важно было самому физически ощутить, “потрогать”, если хотите, те знания о Южном Талыше, которые я за прошедшие годы почерпнул из книг. Теплый прием, который нам устраивали в каждом доме, воздух гирканских лесов, запах знакомой с детства кухни, атмосфера семейных взаимоотношений – в каждом движении ощущалась душевная связь с землей, людьми.

— Таким ли Вы его представляли себе?

Екатерина Капустина: Что касается, общего облика региона, можно сказать, что да, таким, возможно чуть менее лесистым, возможно чуть более сельским, менее “современным”. Но в целом, да, он оправдал мои ожидания: прикаспийский зеленый влажный край, рисовые поля и невысокие горы. Что действительно удивило, так это сама “этнографическая начинка”, особенно, что касается вопросов идентичности, языковой, локальной, этнической.
Евгения Захарова: Пожалуй, наши априорные ожидания исходили из известных нам образов Кавказа и представлениях об Иране, а Талыш оказался, на мой взгляд, чем-то третьим, особым.
Евгения Гуляева: Природу, пожалуй, да. Мы видели рисовые поля, леса, горные пастбища и море. Были опасения, что языковой барьер и различие культур станет препятствием в общении. Замечательно, что это не подтвердилось.
Игбал Абилов: У меня было несколько опасений. Главным образом, что языковые различия между северным, центральным и южным диалектами действительно, — как сегодня принято считать в талышеведении, — сильны настолько, что не позволяют талышам из отдаленных районов изъясняться друг с другом на родном языке. На практике оказалось, что эти различия могут быть преодолены в течение 5-10 дней. Конечно, на юге присутствует сильное влияние персидского, но, на первый взгляд, оно не больше влияния азери-тюрки на севере.
С детства у меня есть в сознании талышский архетип, который выстроился под влиянием воспоминаний о моих покойных прабабушке и прадедушке: это стройные, даже худощавые, с милыми сердцу морщинами на лице пожилые люди, сидящие на коврах на ляме после обеденного сна и вглядывающиеся в медленно окутываемые облачной дымкой горы. Я был очень рад не раз столкнуться с этим архетипом здесь.

— Какие сюжеты, возникшие в процессе полевой работы, вызвали наибольший интерес?

Екатерина Капустина: Повторюсь – калейдоскоп идентичностей меня очень впечатлил, а еще то, что, с одной стороны, Талыш очень необычен для меня, но, с другой стороны, я все время вижу множество параллелей с культурой Кавказа, а особенно Дагестана, которым я занимаюсь. Талыш как край, вобравший в себя черты разных культурных традиций, именно своим разнообразием радует и вдохновляет.
Евгения Захарова: Как мы и предполагали, границы, как географические, так и символические, оказались плодотворной темой. Из непрогнозированных – хозяйственный сдвиг, частичный отход от традиционного для талышей скотоводства и причины, его вызвавшие.
Евгения Гуляева: Интересны были сюжеты об идентичности, межэтнических отношениях, языках, на которые мы изначально были нацелены. Но и традиционные этнографические темы (обряды, мифологические персонажи) были увлекательны.
Игбал Абилов: Очень интересным, кроме запрограммированных мною для себя тем, оказался вопрос идентичности и языковых границ.

— Каковы научные результаты Вашей поездки?

Екатерина Капустина: Мы с коллегами довольны и научной частью поездки. Конечно, за это время мы не могли охватить все аспекты культуры, но многое из собранного нас удовлетворило, надеюсь после обработки материала, нам удастся написать что-нибудь интересное.
Евгения Захарова: Думаю, фиксация каких-то базовых элементов культуры в состоянии «здесь и сейчас», этнографический срез на момент весны 2012 года.
Евгения Гуляева: Впереди ещё большая работа по обработке полевых материалов, написание отчетов. В самое ближайшее время мы сделаем доклады на Лавровских чтениях.
Игбал Абилов: Полагаю, что с учетом временных ограничений, мы собрали богатый материал, который будет интересен талышеведам разного профиля. Кроме того, мы собрали базу для дальнейшего сравнительного анализа иранского и азербайджанского Талыша.

— Намерены ли Вы продолжить исследование Талыша?

Екатерина Капустина: Была бы рада продолжить, хотя, конечно, очень смущают языковые проблемы. Спасибо сотрудникам Талышской Национальной Академии, которые сопровождали нас, – мы с ними справлялись вполне успешно.
Евгения Захарова: Очень бы хотелось познакомиться с Северным Талышом. Думаю, Талыш Южный и Северный невозможно понять друг без друга.
Евгения Гуляева: Надеюсь, что это не последняя экспедиция в Талыш. Было бы интересно сравнить иранский Талыш и азербайджанский.

По материалам: tolishpress.org

Категории: Главное, Иран, Россия, Талыш

« Выборы в Армении: быть или не быть коалиции?
» Предложение Азербайджаном автономии Нагорному Карабаху – имитация мирного урегулирования (I)