РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



Милрад Фатуллаев: двойные стандарты для Азербайджана — нормальное явление

25 марта 2013 года из Азербайджана безо всяких объяснений был депортирован Милрад Фатуллаев — российский журналист, главный редактор дагестанской газеты «Настоящее время». День депортации был днем прилета Фатуллаева в Баку, куда он ездил в командировку. Как только журналист переступил порог аэропорта имени Гейдара Алиева и прошел на пункт контроля, события стали напоминать театр абсурда. Почти сутки Фатуллаев провел фактически запертым внутри аэропорта, после чего ему объявили о том, что он в Азербайджане — персона нон грата и должен покинуть страну. Журналиста поразило не столько поведение азербайджанских властей, сколько полное безразличие российского посольства к судьбе российского гражданина. О том, почему он стал в Азербайджане персоной нон грата, Милрад Фатуллаев до сих пор толком не знает, и может только составлять версии, но такого исхода он вполне ожидал. О том, что с ним происходило в бакинском аэропорту, и о том, почему российские журналисты в Азербайджане обычно подвергаются преследованиям, Милрад Фатуллаев рассказал в интервью ИА REGNUM.

Милрад Азизович, расскажите, с чего начались ваши злоключения?

25 марта в 3 часа 10 минут по Москве мой самолет приземлился в бакинском аэропорту им. Гейдара Алиева. Как любой законопослушный иностранец, я отправился на пункт пограничного контроля. Там все и началось. Азербайджанские пограничники мой паспорт изучали долго и весьма пристрастно. Они долго перешептывались, сверяли с данными на мониторе, фотографировали. Потом мне был задан нелепый вопрос: «почему Вы поменяли паспорт?». Пришлось отвечать, что «поменять» паспорт пришлось по причине истечения сроков действия предыдущего документа, и в этом пограничники могут легко убедиться, «подняв» в своей базе данных копии моего старого загранпаспорта. Дело в том, что в ходе моей предыдущей командировки, в 2008 году, меня уже проверяли, документы были ксерокопированы, а потом была небольшая беседа с начальником смены пограничников на предмет моего возможного посещения Нагорного Карабаха. Но Карабах я никогда не посещал. Я знаю, что любого российского журналиста при въезде в Азербайджан спрашивают насчет его возможных посещений Карабаха, и чем эти посещения могут быть для него чреваты. В 2008 году мне удалось доказать, что там я не был, и меня впустили в Азербайджан. В 2013 году, после тщательного изучения моего загранпаспорта и сверки моей внешности с изображением на мониторе, у меня забрали паспорт и передали его в кабинет начальника смены. Сказали сидеть и ждать, никуда не отходить. Потом были полная тишина и неопределенность. Я не мог понять, за что меня задерживают, по какой причине? Спустя два часа, начал интересоваться, в чем все-таки дело? Мне нехотя ответили: в 9-10 утра подъедет «специалист из Баку», задаст пару вопросов, а до его приезда сидеть и ждать и ничего не предпринимать.

Как вы думаете, из каких органов мог быть этот специалист?

Не могу точно сказать. Вполне может быть, что из Министерства национальной безопасности Азербайджана. Пока я сидел и ждал своей участи, меня не покидало ощущение, что за мной следят, и тому была причина. Дело в том, что пока я сидел, неподалеку от меня фланировали несколько крепких мужчин в гражданском. Безо всякой цели, ходили туда — сюда. Вели они себя неестественно, как плохие актеры. Это меня и насторожило.

ИА REGNUM: Специалист из Баку все-таки приехал?

Я его не дождался. Мне сказали, что он подъедет в 9-10 утра. Но примерно в начале шестого утра меня повели на второй этаж здания аэропорта. Сказали, что там сидит начальник смены. На мой вопрос, как фамилия начальника, ответили невнятно и неохотно. Я понял, что начальника зовут то ли «Эфенди», то ли «Эфендиев». Я знаю, что «эфенди» — это по-азербайджански «господин». Может быть, это и не фамилия была… На втором этаже у меня захотели отобрать мой багаж, который был при мне, и препроводить в какой-то кабинет. Точнее, затолкать. Но я багажа не отдал, и никуда себя препровождать без причин не позволил. Я понял, что с бакинскими «погранцами» лучше действовать «по-кавказски», то есть крайне решительно. Отстояв с боем свой багаж, я резко подошел к двери кабинета этого самого «Эфенди», постучал по двери костяшками пальцев и рывком открыл дверь. Увидев меня, офицеры погранслужбы предпочли закрыться у себя в помещениях или спрятаться среди сотрудниц. С «Эфенди» я все же встретился, высказал ему претензии. Он возмущенно ответил, что если задержали меня, значит так надо, что мое дело — сидеть и ждать, и что, скорее всего, я буду депортирован. Я понял, что нужно действовать более решительно. Начал звонить в постпредство Дагестана, в посольство России.

Что вам ответили в постпредстве Дагестана и в посольстве Российской Федерации?

В дагестанском постпредстве к телефону никто не подошел. Автоответчик непонятно почему вещал только на азербайджанском языке, и функция приема сообщений там не работала. До посольства РФ я дозвонился только благодаря своему другу и коллеге Амилю Саркарову. Амиль позвонил к дипломатам, рассказал о моей ситуации и передал им номер моего сотового. Через некоторое время мне позвонил некто Вадим, представившийся сотрудником посольства РФ в Азербайджане. Вопреки моим ожиданиям, этот Вадим стал спрашивать не об обстоятельствах моего задержания, а о целях моего приезда в республику. Он очень дотошно выпытывал, с кем я хочу встретиться, какие районы посетить, и с какой целью… Выслушав меня, он сказал: «если бы вы никогда не нарушали законы Азербайджана, то вас бы пропустили». Я ему ответил, что детали моего приезда в Азербайджан не могут иметь отношения к моему задержанию. На это он мне сказал, что «разговор получается неконструктивным» и что «он не представляет», как мне можно помочь. Тогда я решил играть по его правилам: рассказал кратко о том, зачем я приехал и с кем должен был встретиться по своей работе, чтобы у этого загадочного Вадима не было формальных причин для отговорок.

Это помогло?

Не помогло. Подробности его не интересовали. Он тянул время, чтобы не решать вопрос. С ним было бесполезно вести разговор. Я возмутился таким отношением к себе как к гражданину России. Сказал прямо этому Вадиму, что тот непонятно на кого работает в Азербайджане и чьи интересы защищает, и что общаться с посольством России в таком случае лично мне не имеет смысла.

Что меня возмутило? Я понимал, что этот Вадим не вправе решать вопрос, пускать меня или не пускать в Азербайджан. Решают это только власти Азербайджана, а не посольство. Но посольство должно было постараться выяснить причины моего задержания и, самое главное, сколько пограничники меня будут держать в аэропорту, и что власти Азербайджана собираются делать со мной. Посольство России обязано было озаботиться судьбой гражданина России, и продемонстрировать это азербайджанской стороне.

Как вам удалось разрешить ситуацию, если посольство РФ повело себя таким образом?

Я понял, что в посольстве России мне не помогут, и решил действовать сам. В жесткой форме я потребовал от пограничников внести какую-то ясность в причины моего задержания и дальнейших действий Баку в мой адрес. Только после этого мне наконец-то сказали, что я буду депортирован. Могу уехать хоть прямо сейчас, но в этом случае не получу на руки документа о причинах моей высылки. Я сказал, что буду ждать до тех пор, пока эту бумагу мне дадут. В итоге, меня ориентировали на рейс с вылетом в 19:10 по Москве. Этот рейс предназначен для тех, кого власти Азербайджана решили по каким-то причинам депортировать из страны. Я стал ждать, когда увижу бумагу о моей депортации. Как только мне ее показали, я согласился лететь этим рейсом. Покупал билет на свои деньги, мне «депортационные» деньги из азербайджанского бюджета не нужны. Потом я сосчитал, сколько находился запертым внутри аэропорта. Меня задержали в три часа утра с небольшим по Москве, а покинул я аэропорт только в 19 вечера. Почти сутки держали… Плюс к этому, нервное напряжение, стесненность в действиях и полная неопределенность того, что меня ожидает.

Загранпаспорт мне возвратили только у самолета. Акт о депортации мне на руки не дали, объяснив, что передадут его уже в Москве. Так и произошло. В аэропорту «Домодедово» ко мне подошла почему-то безмерно радостная женщина-пограничник и с таким же радостным видом вручила мне этот позорный документ. Все так же радуясь, она спросила: «ну и как? Вам объяснили, почему вы не можете посещать Азербайджан?». Меня ее радостный вид неприятно поразил. Я ответил: «а чему вы собственно радуетесь? Вашего же, российского гражданина, не пустили в чужую страну!». Кстати говоря, в акте о депортации я был обозначен как «нежелательное лицо», не имеющее право въезжать в Азербайджан. Мне известно, что в подобных документах всегда указываются сроки действия решения о «нонгратности». В моем случае, эти сроки почему-то указаны не были.

Как вы считаете, почему вас безо всякого объяснения причин выслали из Азербайджана?

Я думаю, причиной, прежде всего, статьи Левона Мелик-Шахназаряна, которые выходили в газете «Настоящее время», которую я возглавляю. Вторая причина — мои визиты в Армению. В прошлом году я аж два раза был в Ереване. Третья причина — моя национальность. Я лезгин. Лезгины в Азербайджане — это дискриминируемое национальное меньшинство, которое подвергается официальным Баку насильственной тюркизации. Это не после 1991 года началось, а еще тогда, когда первый секретарь Компартии АзССР Багиров принимал в Баку Сталина, и устраивал для «отца народов» охоту на джейранов. Ну и еще причина — я журналист. Полагаю, что совпадение этих факторов привлекло внимание официального Баку к нашей газете. А там мы постоянно касаемся запретных тем Азербайджана: проблем нацменьшинств, ситуации вокруг Самура и лезгинских аулов, проблем суннитских общин и так далее. В Баку вполне могли объявить меня нежелательным лицом, а сообщить мне об этом не накануне моего прилета в Азербайджан, а после. Чтобы и мне неповадно было, и другим. В Баку явно не понимают простой вещи: подобное поведение только ухудшает мое отношение к политическому режиму Азербайджана, и мое плохое отношение может пойти не на пользу тем, кто принимал такое решение. Да и не только мое отношение. Я — не первый российский журналист, которому «досталось» от официального Баку только за то, что честно делал свою работу, или по не менее абсурдным причинам.

Вы имеете в виду Яну Амелину (в настоящее время заведует сектором кавказских исследований Российского института стратегических исследований — РИСИ)?

Да, и не только ее. Например, в декабре 2012 года в Баку не хотели пускать Суфьяна Жемухова, журналиста из Кабардино-Балкарии. Причиной едва не состоявшейся депортации стало имя Суфьяна. Все, что кончается на » -ян», вызывает у азербайджанских властей ассоциации с армянами и Арменией. В Баку, наверное, забыли, что во времена пророка Мухаммеда имя «Суфьян» носил эмир Мекки. В марте 2011 года власти Азербайджана хотели посадить в тюрьму Андрея Ляпина, журналиста газеты «Советский спорт». До того, как поехать в Азербайджан, Ляпин был в командировке в Армении, и это сразу не понравилось властям Азербайджана. Потом Ляпина в Баку застали за преступным деянием — фотографированием бакинских достопримечательностей. Оказывается, что достопримечательности Баку — это «стратегические объекты», и их фотографирование является шпионажем. У аварского журналиста Марко Шахбанова долго проверяли документы, когда он поездом добирался до Баку. Шахбанов в своих публикациях освещал положение аварцев в Азербайджане, поднимал эту тему на различных конференциях. В его деле были отягчающие обстоятельства: он был в Ереване. Но его пропустили. видимо потому, что у него был заявлен доклад на международной конференции в Баку, куда его пригласили коллеги — азербайджанцы. Депортация при таких обстоятельствах стоила бы Азербайджану огромного позора. А в 2007 году был случай с депортацией Яны Амелиной, о котором вы упомянули. В Баку долго не могли определиться, почему депортировали российскую журналистку, аккредитованную для работы в Азербайджане информагентством «Росбалт». Сначала органы безопасности Азербайджана утверждали, что Яны якобы не было в списках аккредитованных журналистов, потом — что Яна якобы посещала Нагорный Карабах, а потом тайком ездила в Армению. В этой темной истории наступило прояснение, когда в Баку признались: Амелина изучала положение азербайджанских талышей, для чего ездила в Ленкорань и общалась там с талышским общественным деятелем Фахретдином Аббасзодой. В самом факте изучения талышского вопроса преступления не было. Преступление Яны — в том, что она общалась по этому вопросу не с теми людьми. Если бы она изучала талышский вопрос не в Ленкоранском районе, а только в кабинетах бакинских чиновников, ее бы не только не выслали, но даже наградили бы.

Со стороны кажется, что нынешний Азербайджан — это страна двойных стандартов.

Азербайджан в самом деле — страна с двойными стандартами, где действия властей балансируют между экстравагантностью и полной девиантностью. Но российские власти, похоже, настолько привыкли к эскападам Азербайджана, что они не выглядят в наших глазах как нечто из ряда вон выходящее. Но если бы подобные события случились, например, в Грузии или Армении, то это нас шокировало бы. Мы на самом деле давно не относимся к Азербайджану как к нормальному государству и подсознательно ожидаем от него всего, что угодно. Шаги могут быть какими угодно, в том числе и позорящими сам Баку — как в моем конкретном случае. Двойные стандарты для Азербайджана — нормальное явление. Если гражданин Армении приедет в Баку, то обратно в Армению он может не вернуться. Если гражданин России приехал в Баку, то его будут проверять, не посещал ли он перед этим Армению или, не дай Бог, Нагорный Карабах. Интересно, что сами граждане Азербайджана, которые по национальности тюрки-азери, свободно посещают Армению, не ставя в известность ни госбезопасность, ни кого-либо еще. Едут как обычные граждане, туристы, встречаются там, с кем хотят. Никто их там не проверяет и не сопровождает. Возвращаются обратно, оскорбляют во всех вариациях Армению и армян, и потом опять едут отдыхать в гости к «проклятым хаям». В числе таких отдыхающих — немало лиц, которые участвовали в карабахской войне, а теперь возглавляют различные антиармянские фонды. Получается забавная ситуация: в Армению едут те азербайджанцы, которые для Еревана — как Левон Мелик-Шахназарян для Баку. Но если Левона Грантовича в Баку ждет тюрьма, то в Ереване этих людей принимают спокойно и даже радушно. Азербайджан — страна двойных стандартов, где могут отказать в чем-то россиянину или армянину, зато «своему» это позволят. «Своему», это не значит каждому гражданину Азербайджана. В демократическом и толерантном Азербайджане — огромное количество недовольных существующим режимом. События в Исмаиллы показали это особенно наглядно.

Сможет ли ваша депортация повлиять на характер взаимоотношений Москвы и Баку? Все-таки Милрад Фатуллаев — известный журналист?

Это для вас я известная личность. В системе большой политики Милрад Фатуллаев — это пешка или мелкая разменная монетка. Это в лучшем случае. В худшем, меня просто нет, как и нет притеснений меня как гражданина России. Напомню, кто первым среагировал на мою депортацию и предложил помощь. Из всех имеющихся организаций среагировала только ФЛНКА (Федеральная лезгинская национально-культурная автономия). Помощь предложили и другие организации, но они вовлечены в политику, и потому привлекать их к проблеме не хотелось. Спасибо им за предложения. ФЛНКА и другие организации не были обязаны по статусу «подставляться» из-за меня, но они решили «подставиться». А те, кто был обязан принять меры в первую очередь, предпочли молчать. Поведение посольства России в Азербайджане меня, мягко говоря, неприятно удивило. То, что меня депортировали, на межгосударственных отношениях не скажется никак. О чем тут говорить, если даже события в Храх-Убе не повлияли на них! Несколько сотен людей, без каких-либо объяснений были депортированы с родных мест «в никуда». Баку накануне пообещал жителям Храх-Убы помощь и содействие во всем, но цена этим обещаниям, как правило одна — ломаный грош, да и тот фальшивый. В принципе, не так раздражает поведение Баку, как бездействие Москвы. О проблеме Храх-Убы уже давно знает весь мир, но до последнего времени российская сторона не предпринимала в этом плане никаких активных действий. Создавалось впечатление, что несколько сотен граждан России Москва списала со счетов. Я не думаю, что мой частный случай, несмотря на статус главного редактора газеты, станет особенно заметным.

По материалам: Regnum

Категории: Азербайджан, Главное, Россия

« Авиарейсы Ереван – Ван: Турция готовится к весне 2015 года
» Азербайджан отказывается от российского оружия?
 

 

Видеоматериалы

Дальше

Фото

Дальше

 
Региональная общественная научно-исследовательская организация «Общественный институт политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона»