РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



Исчезнет ли национализм через 100 лет?

Национализм, который в Советском Союзе определялся не иначе как «пережиток капитализма», остается вечным спутником человеческого общества. В новых государствах появляются новые нации, которые не только повторяют путь развития «старых» европейских, но и вносят мусульманский аспект в националистические идеи прошлого. Вместе с тем второе дыхание обретают и старые пантечения, претендующие на образование огромных государственных конгломератов. Россия в будущем, так или иначе, станет полем борьбы как старых, так и новых националистических течений.

В СССР термин «национализм», как правило, носил негативный оттенок. В то время под национализмом понимали «идеологию и политику, заключающиеся в проповеди национальной обособленности и исключительности, недоверия к другим нациям и межнациональной вражды». В соответствии с марксистской теорией именно капитализм привел к появлению национализма и созданию национальных государств как системы, защищающей от экспансии чужих собственников, чужих рынков. Марксисты делали исключение лишь для «национализма угнетенных наций», который на этапе национально-освободительной борьбы, по их мнению, нужно было поддерживать.

Отечественные марксисты считали, что с исчезновением национальных границ и противоречий, испокон веков разделявших народы, на смену нациям придет великое братство народов. Но в грядущее исчезновение наций и, соответственно, национализма верили не только коммунисты. Масштабные надежды на возникновение наднациональных человеческих общин и соответствующего общественного сознания связывались с наступлением глобализации.

Но национализм не исчез, и сам процесс создания, например, единой европейской нации не привел к исчезновению ни наций, ни национализма.

В настоящее время национализм все больше превращается в форму групповой самоидентификации, защитный рефлекс этноса, который усиливается перед угрозой растворения в некоей великой общности – всемирной, европейской или какой-либо иной. Эта форма «защитного национализма», скорее всего, и останется в арсенале национальных движений будущего.

Евросоюз и национализм

После создания Евросоюза исчезновение национальных границ, широкий обмен людьми на европейском пространстве теоретически должны были привести к размыванию и национально-культурных границ. Однако национальное, на котором базируется национализм как таковой, не только не исчезло, но и приобрело новые черты. Внутри ЕС происходит очевидная дефрагментация государственных образований, которые, тем не менее, и дальше будут определять внутриполитический климат в этой структуре.

Национальные меньшинства перешли к активному наступлению на центры наций-государств, пользуясь ослаблением в них административной власти. Они требуют расширения своих национальных прав и демонстрируют готовность перейти к политической дефрагментации этих государств. Следует ожидать не только активизации этих процессов (например, как в Испании, Великобритании, Бельгии), но и появления новых регионов, претендующих на расширение национальных прав и ограничение командных функций уже устоявшихся наций-государств.

Укрепление националистических идей в общественном сознании, философии и видении мира приведет и к укреплению образа врага – непременного спутника любого националистического проекта.

Не следует исключать возможности возникновения автономистских устремлений среди «новых» немцев, французов, голландцев, англичан, которые будут представлены новыми национально-религиозными меньшинствами «европейских» турок, арабов, пакистанцев, африканцев. В этой новой среде консолидация будет происходить в основном по религиозно-национальным границам, которые будут носить новый для ислама характер. Чисто религиозная основа консолидации новых европейских общин постепенно уступит место смеси религии и национализма, что никогда не было характерно для традиционного ислама. При этом усилится фрагментация политических и общественных организаций и движений, представляющих интересы национально-религиозных объединений новых европейцев. Такие объединения будут все больше вовлекаться в ряды традиционных старых европейских политических партий, которые в значительной степени будут полагаться на голоса «новых» сограждан.

Эти процессы приведут к расцвету нового национализма. С одной стороны, появятся разного рода национал-религиозные доктрины «новых европейцев». С другой стороны, еще более обострится «защитный» национализм «старых европейцев», направленный против консолидации новых европейских общин. Данный тип национализма будет приобретать характер, схожий с национал-социализмом предвоенной Германии, но с поправками на современные достижения науки и техники. В связи с этим разработка новых национал-оборонительных доктрин, скорее всего, начнет принимать откровенно расистский характер и приведет к формированию на базе националистических партий и движений Европы международно-политических объединений наподобие «коричневого интернационала». Сегодня такие объединения еще ждут своих теоретиков, которые успеют «стряхнуть пыль» со старых сочинений английских теоретиков расизма и воскресить «труды» немецких теоретиков, работавших на ведомство А. Розенберга, несмотря на официальный запрет расистской и национал-социалистической пропаганды в большинстве европейских стран.

В результате националисты, точнее национал-шовинистические объединения, неизбежно консолидируются на европейском пространстве. Они будут получать на демократических выборах значительный процент голосов избирателей и объединяться в радикальные партии, многонациональные по своему составу, но с сильным шовинистическим уклоном, переходящим в откровенный расизм. Приход к власти отрядов «националистического интернационала» в отдельных странах и регионах станет в ближайшие десятилетия важным элементом политической структуры европейских государств.

Укрепление националистических идей в общественном сознании, философии и видении мира приведет и к укреплению образа врага – непременного спутника любого националистического проекта. Развитие современных западных обществ на долгие годы будет подчинено попытке решить проблему межцивилизационных противоречий на общеевропейском пространстве, в первую очередь по отношению к выросшим, как по численности, так и по влиянию на местную, а позднее и европейскую политическую палитру, европейским мусульманским общинам.

Формирование национальных рынков как в арабских, так и в африканских странах будет по-прежнему служить основным препятствием к образованию наднациональных государственных объединений.

Ислам и национализм

Наибольший интерес представляет развитие националистических идей в исламском мире. Значительная часть мусульманских общин уже прошла через попытки выстроить новые национальные доктрины на основе смеси ислама и национализма, несмотря на постулирование идеи их несовместимости. Попытки симбиоза национализма и ислама мы встречаем в идеях пантюркизма – создания государства тюрок от Адриатики до Тихого океана («Великого Турана»), пантуранизма – единства «туранских народов», т.е. народов уральской и алтайской языковых семей, более позднего тюркизма, который сочетал в себе сильные пантюркистские наслоения.

Все эти идеи и доктрины признавали ислам в качестве одной из основных черт, присущих «тюркской нации», соединяя таким образом национализм и религию. Позднее, в период революционного подъема первой четверти XX века в результате попыток соединения национально-религиозных доктрин с идеями социального равенства появились новые национал-религиозные направления общественной мысли. В советской России «тюркские коммунисты» вынашивали идеи построения будущего государства на основе соединения ислама и социализма.

Поиски принципов построения будущего государства продолжались в течение всего XX века. Были предприняты попытки создания на основе ислама и национализма Объединенной арабской республики, но и они оказались неудачными.

Однако это не означает, что рецидивы объединительных идей безвозвратно ушли в прошлое. Появление на арабском Востоке харизматических лидеров, способных объединить страны и народы в рамках панарабизма, скорее всего, неизбежно. В сознании арабо-мусульман по-прежнему сохраняется идея арабо-мусульманского пространства как центра всего исламского мира. Новыми носителями этой идеи, скорее всего, выступят либо лидеры «Братьев-мусульман», либо новоявленные объединители – носители салафитских идей, пропагандирующие не только возврат к «чистому исламу», но и соединение ислама и социального равенства. При этом национализм в арабских общинах будет и дальше развиваться, в основном повторяя закономерные процессы развития общественного сознания. Формирование национальных рынков как в арабских, так и в африканских странах будет по-прежнему служить основным препятствием к образованию наднациональных государственных объединений. Отсюда – неизбежное поражение и панарабизма, и панисламизма в попытках построения новых обществ и торжества идей наднационального объединения государств и народов.

Вместе с тем мировой ислам уже сейчас вступил в полосу нестабильности. Борьба суннитских и шиитских лидеров за доминирование в мусульманской умме с роковой неизбежностью приведет к неудаче попыток Ирана стать общемусульманским лидером. При этом следует ожидать, что в попытках подорвать государственность Ирана противники иранского режима как на Западе, так и из числа суннитских лидеров сделают ставку на реанимацию персидского национализма, с одной стороны, и поддержку националистических движений в среде национальных меньшинств страны (азербайджанцев, туркмен, курдов, арабов, белуджей), с другой.

Национализм и Россия

Из всех националистических пантечений и доктрин пантюркизм представляется наиболее живучей и перспективной идеей с точки зрения будущего развития философских основ националистических и национал-религиозных доктрин. Основным полем борьбы со сторонниками этой доктрины в ближайшие десятилетия станет Россия, причем не только ее тюркские и тюрко-мусульманские регионы, но и мегаполисы, которые постепенно заселяются представителями среднеазиатских тюрко-мусульман.

Представляется, что развитие множественных вариантов национализма, начиная от национализма малых народов и заканчивая «великорусским» вариантом в его различных проявлениях, будет продолжаться в зависимости от конкретных внутри- и внешнеполитических условий, а также динамичного либо стагнационного развития экономической и социальной сферы страны. Оптимисты (например, Александр Дугин) уверены, что «Россия преобразуется в Евразийский Союз – большое пространство, объединяющее обширные территории постсоветских республик вокруг русского ядра и выступающее как влиятельный и независимый полюс многополярного мира».

Несмотря на захватывающую оптимистичную перспективу, описанную А. Дугиным, развитие российского государства по пути воссоздания некоей новой империи не представляется вероятным. Попытки реализации этого сценария неминуемо столкнутся с противодействием как со стороны Европы, так и со стороны «Вашингтонского обкома». Недаром «заклятый друг» России Збигнев Бжезинский еще в 1980-е годы писал, что «доминирование на всем Евразийском континенте уже сегодня является предпосылкой для глобального господствующего положения». Естественно, он оправдывал именно американское устремление к такому господству.

Однако важнее другое, а именно – социально-экономическая реальность современности, тот самый рынок, к которому так упорно стремились отечественные либералы. В условиях современных рыночных отношений макрогосударства изначально затратны и убыточны, а ресурсы России вряд ли позволят ей содержать еще и некое новое «братство евразийских народов».

Динамика развития наций, народов, этносов и племен убедительно доказывает устоявшуюся истину: процесс развития постоянен, и формирование национального самосознания – это вечный континуум, которому не может быть конца.

Есть и другое, не менее важное препятствие на пути создания «Большой Евразии». Очевидно, что окрепшие и твердо удерживающие власть национальные элиты бывших советских республик не пойдут на восстановление былого могущественного государства и не позволят укорениться на своей национальной почве новому «старшему брату». Это касается еще одного «евразийского проекта», которому готова следовать Турция, – пантюркистского. Идея создания государства «Великий Туран», которая уже больше столетия занимает умы и сердца части турецкой правящей элиты, упирается в те же препятствия, которые с неизбежностью встанут на пути уже известных и новых евразийских проектов.

Вместе с тем пантюркистский проект, как и идея евразийства или неоевразийства, не только не исчезнут, но и продолжат занимать умы и сердца своих последователей. Оба конкурирующих проекта «макронационализма» останутся в идеологическом арсенале новых поколений политиков и философов. Поэтому российской власти в течение многих десятилетий придется противопоставлять пантюркистскому проекту, разного рода исламским и национал-исламским идеям нечто более интернациональное и ориентированное на российскую систему ценностей, основанную на сосуществовании множества народов, религиозных конфессий и национальных культур. В этом отношении идея евразийской общности, базирующейся на равноправном сосуществовании многообразия национальностей, религий и культур, скорее всего, останется в арсенале «объединительного национального проекта» современной России.

Перспективы и решения

Можно ли раз и навсегда решить все проблемы отношений между нациями и этносами внутри этих наций? Можно ли таким образом достичь межнационального мира и согласия, зафиксировав основные правила игры в форме законов, устоявшихся обычаев на основе взаимоуважения, учета прав «малых» народов и уступок со стороны «больших» народов? Опыт развития человечества свидетельствует, что это невозможно. Динамика развития наций, народов, этносов и племен убедительно доказывает устоявшуюся истину: процесс развития постоянен, и формирование национального самосознания – это вечный континуум, которому не может быть конца.

Соответственно, неизбежен следующий вывод: ничего нельзя определить раз и навсегда. Необходимы постоянный поиск новых подходов, новых решений и всемерный учет изменяющихся условий существования этносов, потребностей их развития. Потеря динамики процесса постоянного реформирования национальных отношений приводит к накоплению противоречий, что на практике часто оборачивается «взрывом» и большой кровью.

Сегодня нет никаких гарантий того, что через 100 лет человечество научится избегать ошибок в решении национальных проблем. Шоры националистических воззрений, зачастую не позволяющие увидеть эти проблемы по мере их накопления, приводят и в дальнейшем будут приводить к регулярным взрывам по линии национальных отношений.

Виктор Надеин-Раевский — к.ф.н., ст.н.с. ИМЭМО РАН ст.н.с. Института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона, экперт РСМД

По материалам: russiancouncil.ru

Категории: Главное, Россия, Статьи

« КАЗВИН — РЕШТ — АСТАРА: станут ли Россия и Иран заложниками чужих амбиций?
» Некоторые аспекты мартовских событий 1918 г., или еще раз об одном из мифов азербайджанской пропаганды
 

 

Видеоматериалы

Дальше

Фото

Дальше

 
Региональная общественная научно-исследовательская организация «Общественный институт политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона»