РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



Роман СЕВАНСКИЙ: Опыт украинских наемников на Ближнем Востоке понадобился в Киеве

Мы продолжаем тему украинских наемников в «горячих точках» бывшего СССР. На этот раз – Грузия и Чечня. Напомним нашим читателям, что в наемники в основном идут боевики УНА — УНСО (Украинская Национальная ассамблея — Украинская национальная самооборона). Боевики этой экстремистской организации украинских радикалов участвовали  почти во всех вооруженных конфликтах на территории СНГ. Они воевали в Приднестровье, в грузино-абхазской войне, в обеих чеченских компаниях, участвовали в нападении на Дагестан, были в отряде Гелаева, разбитом осенью 2001г. в Кодорском ущелье в Абхазии. Про Карабах мы уже писали.

Приднестровье и Грузия

А начиналось все в 90-х, когда боевики  стали громить православные храмы на Западной Украине. Уже тогда боевики обратили на себя внимание жестокостью, с которой они избивали священнослужителей и прихожан. Следующим шагом были акции в Крыму, где они пытались подтолкнуть крымских татар к «зачистке» полуострова от русскоязычных. Военных действий развязать не удалось, но рабочие контакты с татарскими националистами были установлены. В 1995г. инструкторы УНСО в тайных военных лагерях, расположенных в крымских горах, обучали татарскую молодежь. В 1992г. унсовцы отправились в Приднестровье, рассчитывая превратить непризнанную республику в главную базу УНА-УНСО. Но не получилось. Один из лидеров организации Анатолий Лупинос, уголовник, который провел 25 лет в лагерях, через Джабу Иоселиани (сидели вместе), главаря грузинских вооруженных формирований «Мхедриони», организовал отправку боевиков для войны против Абхазии. Причем все траты на переброску, вооружение и оплату наемников, Джаба взял на себя. Из унсовцев был сформирован отряд «Арго», который возглавил Валерий Бобрович — руководитель Ивано-Франковской УНСО, бывший моряк торгового флота, списанный на берег за пьянство и спекуляцию, но выдающий себя за офицера, участника вьетнамской войны. Абхазские источники утверждают, что отряд решал главным образом пропагандистские задачи, демонстрируя грузинскому воинству, что «заграница нам поможет». Тем не менее «аргонавты» успели засветиться участием в расправах над мирным населением. Во время тяжелых боев на завершающем этапе войны, когда абхазским подразделениям удалось восстановить контроль над Сухумом, с украинскими боевиками также сражался и отряд «Маршал Баграмян» из абхазских армян. Отряд вынудил наемников бежать, но 14 наемников получили  ордена Вахтанга Горгасала — высшую награду Грузии. В порядке благодарности наемники также получили в свое ведение одну из баз «Мхедриони» в горах Кахетии.

По словам основателя УНА-УНСО Дмитрия Корчинского,  избежать конфликтов на Юге и Востоке Украины удастся лишь при условии разжигания распрей на Кавказе. «Для реализации наших планов нужно было в срочном порядке отыскать подходящую местность, — пусть даже вдалеке от Украины, — где можно было бы сконцентрировать большое количество людей,  оружия, ресурсов. В перспективе мешала мелкая, но неизбежная зависимость от союзников. Хотя, например, в благодарность  чеченцев  в виде предоставления нам отдельной автономии я никогда особенно не верил…».

— Сама идея создания вооруженных формирований УНСО зародилась весной 1991 года. К ее реализации нас подтолкнули события 19 августа, — тогда, после неудачного путча ГКЧП, началось создание первых структур УНСО в целях обороны Украины. Мы проводили военный всеобуч, занимались изготовлением взрывчатки, проводили пиротехническую подготовку «новобранцев». Через строевые и прочие команды прививали им вкус к изучению украинского языка, делали из них патриотов Отчизны…».

— В 1992 году, наконец-то, Бог  послал нам войну в Приднестровье, которая в то время была нам крайне необходима. Это была тихая, домашняя, очень приятная война. Мы взяли под свою защиту украинцев Приднестровья. В боях под Кошицей одному унсовцу оторвало руку — это, пожалуй, единственная потеря с нашей стороны. Всего же в той войне, под моим руководством, успело поучаствовать около 150 человек. Этого вполне достаточно, к примеру, чтобы захватить Кишинев. Сожалею, что не отдал тогда подобного приказа. Потом военнослужащие 14-й армии генерала Лебедя взорвали наш склад с боеприпасами и оружием, которые мы готовили к отправке в Украину. Сами мы благополучно добрались на Родину…

Потом Корчинский отправился в Грузию.

— Я предложил Джабе дать мне возможность создать значительную украинскую группировку где-нибудь в Сванетии. Она могла бы систематически вести партизанскую войну в Абхазии. Также я считал, что необходимо убить Абашидзе.

Незадолго до начала чеченской войны унсовцы проходили военно-диверсионную подготовку на одной из баз «Мхедриони» в горах Кахетии, отрабатывая действия малых маневренных групп в горных условиях. Тренировочное оружие, боеприпасы и продовольствие унсовцы получали с Украины в обмен на участие в перекачке бензина и солярки из Чечни.

10 августа 2008 года появилось заявление главы МИД Южной Осетии Мурата Джиоева: «Мне сообщали, что в Цхинвали были и чернокожие, и были совсем светлые парни. Чернокожие – это, вероятно, американцы, а светлые – возможно, украинские наемники». В то же время он подчеркнул, что в настоящий момент «точно установить гражданство погибших наемников невозможно».

11 августа о том, что среди погибших с грузинской стороны в зоне боевых действий в Южной Осетии есть иностранные граждане, сообщил заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ генерал-полковник Анатолий Ноговицын: «Много ли убитых иностранных граждан среди погибших с грузинской стороны в зоне боевых действий – я затрудняюсь сказать, но чернокожих грузин с паспортами других государств мы там видели». Однако он затруднился ответить, сколько иностранцев воюет на стороне Грузии, так как такой подсчет российскими военными не ведется.

14 августа президент Южной  Осетии Эдуард Кокойты заявил, что на стороне Грузии воевали наемники, в частности, из Украины. «Мы сегодня можем однозначно ответить, что это были те наемники, которые вошли вместе с грузинскими солдатами». В этот же день глава российского МИД Сергей Лавров подтвердил факт участия в военных действиях на стороне Грузии зарубежных наемников, уточнив, что в конфликте «участвуют от 2,5 до 3 тысяч наемников, в том числе выходцы из Украины, некоторых прибалтийских государств и регионов Кавказа».

18 августа Эдуард Кокойты делает следующее заявление: «По нашим данным, все летчики практически были с Украины, экипажи танков были с Украины… Следственная группа уже переходит в фазу доказательств, потому что есть уже документы, которые подтверждают, что люди являются гражданами Украины». Кокойты также отметил, что не обладает информацией о том, есть ли украинцы среди пленных, зато подчеркнул, что они есть среди убитых. «Потому что их бросали в первую очередь, они шли на штурм города Цхинвал. Среди убитых очень много граждан Украины».

По словам председателя Следственного комитета при Прокуратуре Российской Федерации государственного советника юстиции 1-го класса Александра Бастрыкина, присутствие граждан третьих стран, атаковавших населенные пункты Южной Осетии, в подразделениях грузинской армии подтверждают и свидетельства очевидцев, и вещественные доказательства, собранные в ходе расследования СКП РФ.

В селе Ачабети, расположенном в грузинском анклаве на территории Южной Осетии, были обнаружены личные вещи, фотографии, записные книжки представителей украинской националистической организации УНА -УНСО. Кроме того, в распоряжении СКП РФ имеются документы, подписанные «министром внутренних дел» созданного грузинской стороной «альтернативного правительства» Южной Осетии, прямо определяющие роль иностранцев в вооруженном конфликте. Например, приказ о закреплении автомобиля УАЗ за представителем УНА — УНСО, обозначенным как Кучеренко И. (Центральный журнал Министерства обороны РФ «ОРИЕНТИР» №9 2009 г.).

Чечня

В 1998г. Дмитрий Корчинский организовал «Институт Кавказа», целью которого провозглашалось «создание широкого антироссийского фронта» в этом регионе. Есть сведения, что небезызвестная книга Магомеда Тагаева «Наша борьба, или повстанческая армия ислама» написана специалистами этого «института». Ваххабитская литература, издаваемая этой организацией, до сих пор поступает также в регионы Поволжья, где значительную часть населения составляют мусульмане, распространяются среди диаспор Москвы и Петербурга, поставляются в Среднюю Азию. «Институт Кавказа» и центр «Евразия» тесно сотрудничают с центром «Кавказ»  Мовлади Удугова и «Конгрессом вайнахов» Руслана Акаева, который контролирует деятельность чеченских общин в Европе.

Корчинский договорился, что УНСО займется вербовкой на Украине специалистов ПВО и ВВС. Украинские наемники должны были получать по три тысячи долларов в месяц. Для начала вербовки, чеченцы перевели валютные средства на счет унсовского Центра «Евразия», который возглавлял нынешний лидер организации Андрей Шкиль. Но начавшаяся война смешала планы: авиация мятежников была уничтожена на аэродромах, и о какой-либо системе ПВО также говорить не приходилось. Известно, что в момент штурма Грозного оппозицией 24 ноября 1994г., Корчинский находился там, и впоследствии принимал участие в допросах российских танкистов, взятых боевиками в плен. После начала боевых действий, в Чечню, на средства «Евразии» был отправлен отряд «Прометей», костяк которого составили боевики прошедшие подготовку в Кахетии. Во время штурма Новогрозненского федеральными войсками в 1996г., по приказу Радуева было расстреляно пять украинских наемников.

Собственно говоря, можно выделить две категории украинских «добровольцев»  в Чечне. Первая, это активисты УНСО, такие, как бойцы «Прометея», они решали главным образом задачи пропаганды, показывая «солидарность украинского народа с борющейся Ичкерией». Дудаевцы окружали их заботой и берегли. Вторая категория — уголовники и просто авантюристы, рванувшие в Чечню за «длинным рублем». С ними боевики не церемонились, — совали всегда в самое пекло, использовали на самых грязных работах, заставляли стирать одежду, таскать тяжести, рыть укрепления. Также известны случаи, когда «щирых украинцев» использовали в качестве живых миноискателей. Их обычный гонорар — пуля в затылок от «работодателя». В первую кампанию унсовская пресса усиленно рекламировала подвиги отряда «Викинг», возглавляемого руководителем ровенского УНСО, Александром Музычко. Рассказывают, что он под видом беженца проникал в расположение российских войск, и, вызываясь быть проводником, заводил их в засаду. Он был представлен к ичкерийскому ордену «Герой нации». После того, как он участвовал в бандитской разборке в Ровно, и был арестован, Масхадов лично ходатайствовал перед Кучмой за «героя». Якобы, Музычко освободили. Есть сведения, что в разработке басаевской акции в Буденовске принимал участие Лупинос, кроме того, унсовцы благодаря своей славянской внешности обеспечивали некоторые этапы этой операции.

Главная цель организации — постоянно демонстрировать ненависть к «москалям», якобы присущую всем украинцам, причем так, что бы об этом узнало как можно больше русских. А лучшего способа, чем участие украинцев по идейным соображениям в боевых действиях против России не найти.

В воспоминаниях русских солдат и офицеров, принимавших участие в боевых действиях в Чечне во второй половине 90-х, особое место занимают украинские наемники. В плен таких не брали – как и других предателей кончали на месте. Большинство контингента «окопного сала», как их называли российские солдаты, составляли члены организации УНА-УНСО. Унсовцы, воевавшие в Чечне, любят рассказывать о своих едва ли не братских узах с чеченцами. Однако любовь эта зиждется отнюдь не на сантиментах, она имеет глубокие материальные корни. Именно киевская чеченская община длительное время обеспечивала щедрое финансирование партийной деятельности УНА-УНСО, а также ряда их авантюрных предприятий.

Сколько же украинских предателей на самом деле воевало в Чечне? В одном из интервью Корчинский заявлял, что в его организации «настоящих унсовцев» насчитывалось не более 500 человек. Именно они и составляли «боевые отряды» организации.

В УНА-УНСО был строгий отбор контингента, в первую очередь приветствовалось военное образование, либо армия за плечами, а также отличная физическая подготовка. И это не смотря на то, что, например, в Грузии унсовские наемники проходили «курс молодого бойца», который проводился по системе подготовки американских рейнджеров. Известно, что в УНА-УНСО за кавказские связи отвечал ныне покойный украинский диссидент Анатолий Лупинос («дядя Толя»).

Рассказывает Билый (Александр Музычко, председатель Политсовета УНА-УНСО и координатор структур «Правого сектора» на Западной Украине, объявленный РФ в международный розыск):

— В декабре 1994 года, когда еще шли бои за Грозный, две группы добровольцев из Украины направились в Чечню. Для безопасности и большого успеха предприятия были избраны два маршрута. Один вел из Баку через Дагестан, другой из Тбилиси через Абхазию, на предмет чего уже имелись соответственные договоренности командования УНСО с лидерами местных политических партий и членами правительства Грузии и Азербайджана.

Однако эта группа до Чечни так и не добралась – одних отправили обратно из Баку, других – из Тбилиси, не без помощи Джабы Иоселиани. Удивляет в этой истории одно – это как же надо ненавидеть русских, чтобы воевать против них с мусульманами.

— Единственной наступательной операцией чеченцев при мне, было нападение на позиции русских. Неделю продолжалась «разведка». Численность противника оценивалась в роту. Когда наехали, оказалось, что не меньше батальона. Мы потеряли до 10 человек, потери федералов тогда оценили, как водится, в сто… Перед бегством из Бамута все запасы мин и взрывчатки были превращены мною в фугасы большой мощности, чтобы добро не пропало…

И вновь Корчинский:

— Мы пробовали пропагандировать военнослужащих федеральных сил. Мы решили воздействовать на их генетическую память аллюзиями власовской армии. Мы раздавали листовки, написанные еще генералом Власовым. Я всегда уделял много внимания пропаганде. Современные войны – это вооруженные политические демонстрации. И демонстративный момент в них не менее важен, чем собственно момент применения оружия.

— В 1992 году мне нужно было донести свою точку зрения до крымчан. Это можно было осуществить при помощи серьезной кампании в СМИ. Но, во-первых, у нас их не было, а во-вторых, люди отторгают новую информацию. Ее не так легко навязать. Я опубликовал заявление, которое состояло всего из одного предложения: «Крым будет украинским, или безлюдным». В Крыму эти слова помнят все.

УНСО и курды

Ну и в конце про связи бандеровцев с курдами. Если правильна поговорка, что рыбак рыбака видит издалека, так и все террористические организации тянутся друг к другу. Прежде боевиков УНСО и Курской рабочей партии объединяли разве что те источники, из которых они  скупо черпали оружие на Западе. Потом связи расширились. Со сторонниками Абдуллы Оджалана Дмитрия Корчинского свел Тенгиз Кетовани в бытность свою командующим своей гвардии. Первая встреча произошла вскоре после освобождения Сухума в Зугдиди. Зимой 1994 года последовала еще одна встреча – уже с Джабой Иоселиани. В Турцию боевики УНСО переходили с помощью «Мхедриони». Но и здесь украинцы ничем не помогли «курдским братьям». Читая все эти материалы, поневоле приходишь к выводу, что главным для боевиков УНА-УНСО является привлечение к себе внимания. Как говорил Корчинский, главное – пропаганда.

Засветились украинцы и в войне на Балканах, причем они, верные себе, принимали участие в боевых действиях на стороне боснийцев-мусульман.

P.S.

И некоторое подведение итогов. Тех, кто служит за границей за деньги, международное право отказывается признавать военнослужащими. Соответственно, международные конвенции о военнопленных на них не распространяются. Одним словом, никаких гарантий безопасности, никакой защиты — это как раз тот случай, когда Украина точно не станет заступаться за своих. Наемничество уже давно стало полноценной профессией. Оно имеет много названий, но лишь одно значение. Во Франции солдат по найму прозвали «легионерами», в Германии Landsknecht (слуга страны), в США их называют «дикие гуси».

В 2011 году «Комсомольская правда» писала:  «История украинского наемничества начинается с рождением независимой Украины. В 90-е годы, когда экономика трещала по швам, по всей стране одна за другой разваливались воинские части. Опытных офицеров буквально выгоняли на улицу. Как раз в этот период первые украинские солдаты и ринулись за границу в поисках счастья. Чечня, Сьерра-Леоне, Карабах, Приднестровье, Югославия, Южная Осетия. Совсем недавно — очередная веха — Ливия.

Официально украинцев там не было. МИД Украины не раз заявлял: вести об украинских военных не что иное, как утка журналистов. Кстати, журналисты, в первую очередь западные, писали об украинских наемниках в Ливии еще в первые дни столкновений. «Попал в плен — считай, что труп», — говорили украинцы в Ливии. А повстанцы казнили зарубежных защитников Каддафи особенно жестоко.

Наемников вербовала  фирма из Одессы. В первые дни войны они отправили в Триполи самолет с инженерами. Эти ребята в 90-е годы обслуживали в Ливии авиацию и ракетные установки. Чуть позже слышал, что в Ливию улетели два десятка пехотинцев. В прошлом они участвовали в миротворческих операциях, а некоторые уже даже «обкатались» в Грузии. По мнению военного аналитика Александра  Довгополова, наемники — это люди, которые подставляют свою родину. Ведь если кто-то из них попадет на чужой войне в плен, претензии будут предъявляться не солдату, а государству. Это большой скандал и пошатнувшийся имидж страны. Но видимо Украину все это не очень заботило, а сейчас и подавно.

И, наконец, Сирия. В стране воюют как минимум 350 хорошо подготовленных наемников с Украины. Если присутствие в этой войне чеченцев «оправдано» распространяющимся среди них ваххабизмом, то среди украинских наёмников только часть исповедуют радикальный ислам. 350 человек — это уже весомо, это две боевые роты. Причём они отправились туда не за деньгами, платят там негусто. По мнению журналиста Исраэля Шамира, ставка египетского наемника в Сирии всего лишь 500 долларов. Такие деньги взрослый мужчина может заработать и на Украине, без риска быть убитым или покалеченным. Тем более, что не так далеко находится Центральная Африка с нескончаемыми гражданскими войнами, неизвестными, кстати, Европе из-за информационной блокады. Там хорошим военным специалистам платят в разы больше, а опасность быть уничтоженным залпом Т-80 или ударом МиГа гораздо меньше.

Поэтому более вероятной причиной, по которой на территории этой страны появилось столько украинских наемников, может быть только желание получить реальный боевой опыт в городской войне.

Опыт войны в Ираке на примере штурмов Фалуджи показал, что городская война — это уникальное противостояние, война будущего, где тактика ведения боя кардинально отличается от других видов сражений. Наемник, прошедший школу городских боев с регулярной армией, сразу в несколько раз может повышать уровень оплаты своих услуг. Фактически Сирия для наемников из Украины — это большая школа переподготовки, курсы повышения квалификации.

Остается только догадываться, где будут применять этот уникальный опыт ведения городской войны наемники, вернувшиеся обратно на Украину. Это было написано в 2013 году. Опыт пригодился на Майдане в ноябре 2013 – марте 2014 гг…

Автор: Роман СЕВАНСКИЙ

Источник: http://www.russia-armenia.info/node/5783

Категории: Главное, Украина