РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



Армяне на Кавказском фронте Первой мировой войны

1440762686_25

2014 и 2015 годы были ознаменованы двумя юбилеями. Юбилеями двух событий, которые во многом не только омрачили собой весь ХХ век, но и стали спусковым крючком для других событий этого же века – Второй мировой войны и массовых геноцидов и этнических чисток в разных концах света.
В 2014 году исполнилось сто лет со дня начала Первой мировой войны, унесшей жизни нескольких десятков миллионов людей по всей Европе.

В апреле 2015 года исполнилось сто лет со дня другого трагического события в истории человечества — геноцида армян в Османской империи. Фактически это был первый в новейшей истории человечества прецедент массового уничтожения по этническому и религиозному признаку. Перед Первой мировой войной всем казалось, что жуткие массовые убийства ушли в прошлое, что создается международно-правовая база для предотвращения войн, а если такового избежать не удастся, то выработать механизмы гуманизации военных конфликтов.

Однако жизнь показала, как наивны были эти надежды. И показала именно на судьбе армянского народа. Наивно думать, что трагические события вокруг армянского народа было проявлением исключительно «азиатского варварства». Теперь мы знаем и о том, какие были советники у младотурецкого правительства, и том, кто именно поддерживал пантюркистские амбиции Энвер-паши и других.

Фактически армянская трагедия была одним из проявлений того, что великий русский поэт Александр Блок так описывал в своем поэме «Возмездие»:

«Под знаком равенства и братства
Здесь зрели темные дела…
А человек? — Он жил безвольно:
Не он — машины, города,
«Жизнь» так бескровно и безбольно
Пытала дух, как никогда…
Но тот, кто двигал, управляя
Марионетками всех стран, —
Тот знал, что делал, насылая
Гуманистический туман…»

В советские годы существовала традиция считать Первую мировую войну исключительно империалистической, и потому ее детальное изучение не являлось приоритетной задачей. В полной мере это относилось и к происходившему на Кавказском фронте Мировой войны, считавшегося, вдобавок ко всему второстепенным. Эти факторы долгое времени не способствовали популяризации темы в СССР и она рассматривалась в рамках ценных, но узкоспециальных трудов, наподобие Н.Корсуна, А.Зайончковского и некоторых иных. В еще меньшей степени была разработана тема участия малых народов в Мировой войне. Что касается Кавказского фронта и участия армянских боевых формирований, то одним из первых значимых трудов (комплексно освещавших), доступным для русскоязычного читателя на этом поприще стало исследование А.О. Арутюняна «Кавказский фронт. 1914-1917 гг.», изданным на русском языке в 1971 г. Там, помимо описания масштабных операций русской армии, отдельная глава была посвящена и участию армянских добровольческих дружин а также отношению армянской общественности к войне.

В дальнейшем, в свете изменения ситуации (распада СССР), начали появляться новые труды, где было более детально рассмотрено участие армянского народа в Мировой войне.

Следует отметить, что везде авторами подчеркивается одно важнейшее (основанное на документах) обстоятельство – надежда армянского народа на помощь России в деле освобождения Западной Армении от турецкого ига. Усилия России, направленные на справедливое решение Армянского вопроса еще до войны были прекрасно известны армянской общественности. Поэтому, тот патриотический порыв, который испытали армяне после начала боевых действий был далеко не случаен.

5 августа 1914 года — католикос всех армян Геворг V направил наместнику императора на Кавказе графу И.И.Воронцову-Дашкову письмо, в котором католикос заверял, что «армянский народ, забыв чувство горечи от собственных ран, все свои помыслы сосредоточил на Родине, во славу которой с воодушевлением откликнулся на зов Государя – исполнить свой священный долг перед Его Императорским Величеством и Родиной».

В своем отношении от 9 августа на имя председателя совета министров Воронцов-Дашков передавая содержание письма католикоса, удостоверял настроения армянской среды: «В тяжелое для России время, кавказские армяне повсюду в крае, по свидетельству губернаторов и личным моим наблюдениям в Тифлисе, проявляют большое патриотическое настроение, с восторгом встретив объявление мобилизации и с воодушевлением вступая в войсковые части».

В самом деле. процент мобилизации армян был одним из самых высоких. Из проживавших на территории Российской империи 1220000 армян в российскую армию было мобилизовано в российскую армию было до 300 тысяч. Это был один из самых высоких процентов мобилизации среди стран-участниц Первой мировой войны. Напомним, что Франция мобилизовала 20% своего населения, Германия — 19,5%, Австро-Венгрия — 18,6%, Сербия — 16,5%, США — 3,5%.
А теперь посмотрим соотношения погибших и военнопленных среди мобилизованных. Об этом ярко говорят материалы русского военного историка из эмиграции генерала Николая Головина. В своей книге «Россия в Первой мировой войне» он приводит сравнительные таблицы погибших и мобилизованных. Из этих таблиц выясняется, что соотношение убитых и мобилизованных у жителей Эриванской губернии составляло 55 к 45. При этом у жителей центральных российских губерний оно составляло: в Московской — 51 к 49, Псковской — 54 к 46, Костромской — 58 к 42. А вот если посмотреть на аналогичные данные по другим национальным губерниям, взявшим на себя основную тяжесть войны, то в Курляндской губернии это соотношение было 45 к 55, Радомской — 38 к 62, Свалкской — 43 к 57.

Таким образом, из всего перечисленного видно, что армяне не просто сражались наравне с русскими, но и выделялись своим героизмом среди других национальных групп России.

Вместе с тем, наместник, в том же письме отмечал, что «многие призванные армяне выражают сожаление, что они назначаются на западную границу, тогда как им хотелось бы идти в Турцию».

Желание армян служить на Кавказском фронте было вполне понятным и в силу иных событий. Они стремились поскорее прийти на помощь своим соотечественникам. Геноцид в Османской империи уже шел (дата 24 апреля 1915 г. на самом деле фиксирует на начало геноцида, а уничтожение армянской интеллигенции).

Интересы армянства объективно совпадали с интересами российского государства.

Уже в середине сентября 1914 г. Армянскому Национальному Совету в Тифлисе было дано разрешение на формирование на Кавказе добровольческих дружин из армян с ограниченной, впрочем, численностью. Между тем, сам факт подобного разрешения вызвал такой небывалый энтузиазм среди армянского населения, что желающих записаться в дружины оказалось в десятки раз больше, нежели предусматривало их штатное расписание. Более того, среди желающих немало было лиц и не являвшихся подданными Российской империи. Так, только к кипрскому посланнику до февраля 1915 г. обратилось от 800 до 1000 чел., желавших отправиться на Кавказский фронт. В своей секретной телеграмме от 21 февраля 1915 г. посланник в Софии Ставинский отмечал: «Ко мне явился председатель главного армянского комитета Варандян, проживающий то в Риме, то в Париже, где он издает газету «про Армения», с просьбой от имени главного комитета дать возможность армянам Киликийского побережья принять участие в войне против турок. Комитет предложил услуги армян, находящихся в Америке и Малой Армении, хорошо знающих местные условия и скушенных в борьбе с турками. Но для этого армяне просят послать суда за живущими в Америке армянами и дать им вооружение…». Первая партия добровольцев из далекой Америки, под руководством Пандухта из Муша отправилась 12 марта 1915 г.

1440762646_671594599707
Сформированные в конце 1914 г. первые четыре армянские дружины, во главе с такими известными и испытанными вождями, как Андраник, Дро, Амазасп и Кери приняли самое активное участие в важнейших боевых операциях русской армии на Кавказском фронте и оказали важное содействие ее успехам. Дружинники проявили такое мастерство и беззаветную храбрость в многочисленных боях с турками, что их действия удостоились практически единодушной лестной оценки представителей командования Кавказского фронта. Они не дрогнули нигде. Ни в тяжелейших боях под Сарыкамышем, ни под Дильманом, ни в районе Вана, ни во многих иных местах.

В официальном свидетельстве, выданном 19 февраля 1915 г. командиром 2-ой Пластунской бригады генералом Гулыгой 3-й дружине, состоявшей на тот момент в его подчинении, было сказано: «Дана сия командиру 3-й армянской дружины Амазаспу Срвандзтяну. Под его командованием эта дружина с 5 по 28 декабря 1914 года приняла участие во всех боях, ведущихся вверенными мне войсками и особенно отличилась в разведывательных операциях, проведенных 15 декабря в Зангмане, Мирхасане и Каапанке. В ночь на 19 декабря армянские войска оказали упорное сопротивление турецкой атаке на деревню Алагез, потеряв убитыми 30 и ранеными 40 человек; 23 декабря во время нашего похода на Капанак дружина Амазаспа проявила выдающуюся доблесть. Я свидетельствую, что вообще солдаты армянской дружины храбро сражались во всех боях и даже раненые, еще способные сражаться, принимали участие в атаках».

А командующий 1-м кавказским корпусом генерал Калитин отмечал позже: «Я расстаюсь с сожалением с доблестным командиром дружины и его храбрыми солдатами… В продолжении трех месяцев 3-я армянская дружина с честью выполняла тяжелую ответственную задачу, прикрывая левый фланг Сарыкамышского отряда, неся разведывательную службу в ущельях и обрывистых горах Палантекена, храбро сражаясь бок о бок с бригадами генералов Гулыги и Пржевальского и. наконец, в войсках генерала Баратова».

Таковые характеристики заслужили все армянские дружины. Так, генерал Чернозубов, говоря о боевых действиях 1-й дружины под руководством Андраника подчеркивал: «Я могу сказать про боевые действия дружины только одно лестное. Находясь всегда в передовых отрядах, прикрывая фланги, совершая трудные обходные движеня, в первом же бою дружина показала свою доблесть. Наши успехи у Котура, Сарая, Молла-Гесана, Белиджика и Гаратели в значительной мере связаны с боевыми действиями 1-ой армянской дружины, во главе которой всегда находился Андраник, храбрый, опытный начальник, прекрасно понимавший обстановку боя, твердый и настойчивый, он был всегда во главе дружины и пользовался большим авторитетом среди добровольцев». Беззаветная храбрость первой армянской дружины особенно поразила полковника Джебашвили, наблюдавшего ее во время Дильманского сражения. Так, он отмечал, что дружинники «становились во весь рост на бруствера и что-то кричали туркам. Это заставило меня отдать приказание, чтобы они этого не делали, так как это ведет к излишней потере людей. В их действиях было замечено мною полное презрение к смерти».

Естественно, что дружины, участвуя в непрерывных боях с турками, несли и тяжелые потери. По оценке генерала Гавриила Григорьевича Корганова, только с октября 1914 г. по январь 1915 г. дружины потеряли убитыми 156 и ранеными 743 человека, при общей численности в 2 482 чел., или 36 % от своего личного состава. Учитывая эти факты, русское командование разрешило несколько увеличить состав дружин (до 1000 чел. в каждой) и сформировать две новые – 5-ю (под руководством Вардана) и 6-ю (под руководством Авшаряна).

Тем не менее, основная масса армян служила не в национальных формированиях, а в составе штатных единиц русской императорской армии. К 1 января 1917 г., только через тифлисские местные бригады было мобилизовано 121 921 армян, часть из которых направлялась на пополнения на Кавказский фронт. Наиболее компактно, лица армянской национальности были представлены в составе 153-го Бакинского, 154-го Дербентского, 155-го Кубинского, 156-го Елисаветпольского полков 39-й пехотной дивизии 1-го Кавказского армейского корпуса и в некоторых иных формированиях Кавказского корпуса.

Они, как и дружинники, также проявили чудеса героизма в боях с турками. К сожалению, о подвиге рядового мало говорится до сих пор. Между тем деятельность их также достойна освещения. Так, например, рядовой 153-го пехотного Бакинского полка Кеворков Манук Оганесович был награжден Георгиевским крестом 4-й степени (номер креста 153 054)за отличие в бою 29.12.1914 г. под. С. Сарыкамыш «когда будучи ранен в левый бок, остался в срою, мужественно борясь с противником». Или же, рядовой того же полка, Абрамянц Татевос, награжденный Георгиевским крестом 4-й степени (номер креста 362 195) за то, что «01.01.1916 г. при взятии Азап-Кейских позиций, под губительным перекрестным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем противника, шел впереди взвода, ободряя своих товарищей и увлекал их за собой, чем способствовал общему успеху». И таких примеров – тысячи.

В составе русской императорской армии, в боевых действиях выдвинулось много способных командиров армянского происхождения, таких, как Ф.И. Назарбеков, Ахвердов О.Б., Араратов Х.Г., Багратуни А.К., Долуханов К.Б, Мириманов Г.И. Пирумян Даниэл-Бек, Чарухчев Л.С. и многие иные. Часть из них служила на Кавказском фронте. Биографии таких деятелей, как Ф.И. Назарбеков или Даниэл-Бек Пирумян в общем-то известны, поэтому, приведем примеры из биографии менее известных для общественности лиц.

Так, например, Чарухчев Леон Степанович был награжден георгиевским оружием (помимо иных наград) 28.06.1916 г. за то, что «7-го декабря 1915 года в бою на отроге Тевра-Даг, в чине капитана, командуя 3-й ротой [17-го Туркестанского] стрелкового полка, сознавая важность господствующих турецких позиций шагах в 600 впереди, воспользовался успехом части своей роты и по личной инициативе двинул вперед постепенно всю роту, стремительным натиском сбил турок на их правом фланге и укрепился, причем был ранен; перевязав рану снова возвратился к роте, вновь повел ее, гоня турок перед собой и, подвергаясь губительному огню справа и слева. Идя впереди роты, снова был ранен».

Или же подпоручик (на момент совершения подвига) Тер-Петросов Сукиас Петросович был награжден 08.07.1917 г. георгиевским оружием за то. что «в бою в ночь с 29 на 30 января 1916 г.. при атаке форта Долан-Гяз, будучи в чине подпоручика, во главе команды разведчиков, в числе 93 человек 153-го пехотного Бакинского полка, двигаясь впереди штурмующей колонны и тесня сторожевое охранение, с боя занял с Малый Туй, продвигаясь вперед и сбивая мелкие сторожевые части, не дойдя до форта 100 шагов, был тяжело ранен и выбыл из строя; своими действиями оказал незаменимое содействие успеха атаки форта Долан-Гяз».

К сожалению, развал Российской империи не дал воспользоваться плодами этих подвигов. Кавказский фронт распался, а бывшим солдатам российской императорской армии (не только армянам, но и русским и лицам иных национальностей), вступившим в новосформированный Армянский корпус (предтеча армянской армии), пришлось вести уже оборонительные бои против многократно превосходящего противника.

***

Со времени Великой войны прошло сто лет. Те колоссальные жертвы, которые понесли народы на этой войне, зверства ее участников (в том числе – геноцид армян) – все это стало всплывать в общественном сознании только после того, как мы обратились к истинной истории. Традиция замалчивания роли народов (в том числе армянского) в этой войне не имеет оправдания. Истинная история показывает, что путь к сохранению любого народа любой нации лежит через жертвы. И эти жертвы были принесены. Поэтому их отрицание и даже замалчивание не имеет оправдания. Отдавая долг памяти защитников российской и армянской земли, которая тогда была частью империи, отметим, что эта война важным рубежом в консолидации и становлении армянской нации.

Арцруни В.Б.

Источник: http://novostink.ru/armenia/120865-armyane-na-kavkazskom-fronte-pervoy-mirovoy-voyny.html#ixzz3k6nth9JO

Категории: Главное, История и Культура