РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



Иракский Курдистан на пороге своей независимости

Власти Иракского Курдистана планируют до конца 2017 года провести референдум о независимости региона. В настоящее время Эрбиль осуществляет активные контакты по этому вопросу с оппозиционными партиями,  центральным правительством в Багдаде, заинтересованными иностранными государствами и авторитетными международными организациями. Очевидно, что ведущая политическая сила курдского региона — Демократическая партия Курдистана (ДПК) и президент М.Барзани хотели бы заручиться поддержкой своей инициативы со стороны как можно более широкого круга внешних и внутренних сил. Уже сейчас можно констатировать, что иракские курды находят понимание со стороны значительного числа иностранных государств.

Чем же вызвано намерение курдских региональных властей именно сейчас выяснить мнение жителей Иракского Курдистана по вопросу о независимости?

Как известно, после свержения режима Саддама Хусейна курдам были чужды идеи сепаратизма, они долгое время оставались сторонниками сохранения Ирака как единого целого и, более того, стали как бы связующим звеном между различными арабскими политическими силами страны. Курды приняли самое активное участие в строительстве нового иракского государства, разработке и принятии федеральной и региональной конституций, создали фракцию в федеральном парламенте, вошли в состав центрального правительства, авторитетный курдский лидер Джаляль Талабани занял пост президента Ирака. Курдский автономный район (КАР) воспользовался своим конституционным правом и на базе четырех северных провинций создал субъект федерации с самыми широкими правами и полномочиями. В силу своей этнической и религиозной толерантности курды пытались сглаживать все нарастающие противоречия между двумя основными конфессиональными группами населения Ирака: арабами-шиитами и арабами-суннитами. Благодаря усилиям президента ИК Масуда Барзани им удавалось преодолевать затяжные парламентские и правительственные кризисы и приходить к компромиссам по фигуре ключевого в стране поста премьер-министра.

Однако в последние годы внутриполитическая обстановка в Ираке резко обострилась. Развязанная бывшим премьером Нури аль-Малики кампания дебаасизации страны сопровождалась массовыми чистками  и репрессиями по отношению к арабам-суннитам. Многие из бывших рядовых членов партии Баас, военнослужащих, чиновников госаппарата подвергались судебным и внесудебным преследованиям, часть из них была вынуждена вместе с семьями эмигрировать, суннитов выдавливали из власти и бизнеса. Имели место взрывы суннитских мечетей, похищения и убийства суннитских активистов. Власти закрывали глаза на бесчинства шиитских «эскадронов смерти». Такой произвол шиитского большинства спровоцировал восстание суннитских провинций летом 2014 года и переход этих районов под контроль радикальных исламистов ИГИЛ (ДАИШ). Центральное правительство не смогло защитить население своих северных провинций (Ниневия, Киркук) от вторжения боевиков-джихадистов, наскоро сколоченная шиитская армия в панике разбежалась, оставив на складах и в военных городках тяжелые виды вооружений и боевую технику. В результате, тысячи курдов погибли или попали в плен к боевикам ДАИШ.

Бездействие и трусость центральных иракских властей были расценены в Эрбиле как предательство своего народа и, прежде всего, курдов. Курдские бригады «пешмерга» вынуждены были первое время самостоятельно, а затем и с помощью ВВС западной коалиции отражать нападения джихадистов и оказывать помощь соплеменникам на сопредельных Иракскому Курдистану других территориях страны (Киркук, Мосул, Синджар и т.п.).

К этому времени иракские курды окончательно убедились, что центральное правительство не только не защищает своих граждан от агрессии джихадистов, но и не собирается выполнять статьи 140 конституции о так называемых «спорных территориях», саботирует принятие нового закона о нефти и газе, срывает финансирование и поставки вооружений и военного имущества бригадам «пешмерга», не выделяет предусмотренных законом 17 % из расходной части госбюджета на развитие региона. Все эти пункты были закреплены в соответствующих соглашениях с курдами еще в период премьерства Малики. Тяжелым бременем на региональный бюджет легло и содержание свыше полутора миллионов сирийских и иракских беженцев. Если еще учесть вскрывшиеся факты высокого уровня коррупции среди багдадских чиновников и их растущую зависимость от Тегерана, то дальнейшее пребывание курдов в составе иракского государства стало не только бесполезным, с точки зрения интересов курдов, но и все более опасным. Багдад и Тегеран пытаются втянуть курдов не только в борьбу с радикальными исламистскими группировками, но и в масштабную шиитско-суннитскую бойню в регионе. Сохранение небольшого числа курдских представителей в центральном правительстве придавало ему видимость легитимности и коалиционности. В самом деле, мнение курдского меньшинства никак не учитывалось и не влияло на принятие решений арабо-шиитской верхушкой в Багдаде.

В сложившейся ситуации курдские лидеры вынуждены были все больше дистанцироваться от погрязшего в коррупции, антинародного правительства в Багдаде. Ведь даже в среде арабов-шиитов нарастает недовольство нынешними властями. Авторитетный духовный лидер шиитов Муктада ас-Садр со своими сторонниками неоднократно прорывался в особо охраняемую правительственную зону и требовал роспуска парламента и отставки правительства. У курдов теперь появилась надежда выйти из этого политического тупика и по итогам предстоящего референдума создать свое собственное независимое государство. Несмотря на сохраняющееся сопротивление такому варианту развития событий со стороны внутренних и внешних сил, есть определенная уверенность, что подавляющее большинство населения Иракского Курдистана выскажется за независимость. На уровне идеи и вековой мечты курды никогда не откажутся от своего национального суверенитета.

К числу наиболее непримиримых противников независимости Иракского Курдистана относится Тегеран. Иранские аятоллы хотели бы и дальше сохранить территориальную целостность Ирака с учетом правления в нем своих марионеток в лице представителей арабо-шиитского большинства. Иранские чиновники не скрывают своих опасений по поводу того, что независимый Иракский Курдистан будет тесно сотрудничать с Турцией, Израилем, США и странами ЕС. Это якобы создаст угрозу национальным интересам Ирана. Уже сейчас Тегеран оказывает все растущее давление на Багдад и Эрбиль, чтобы не допустить проведения данного референдума, одновременно иранцы активизировали свои связи и контакты со всеми оппозиционными партиями курдского региона (ПСК, Горран, РПК), чтобы изнутри дестабилизировать ситуацию в ИК.

Оценивая перспективы проведения референдума о независимости Иракского Курдистана в обозначенные сроки (сентябрь-ноябрь 2017 года), можно придти к выводу, что нынешние власти Ирака не оставили курдам выбора. Многие эксперты соглашаются, что самоопределение иракских курдов в форме независимого государства не только спасет их от межарабских и арабо-персидских войн, но и создаст условия для ускоренного развития курдского региона. Все необходимые предпосылки для этого имеются (институты власти, партийные и общественные организации, финансово-экономическая база, инфраструктура, опыт внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности, собственные вооруженные силы и органы правопорядка, природные ресурсы, границы с иностранными государствами и т.п.). Что касается международного признания, то за этим дело не станет. Израиль, Турция уже сейчас готовы поддержать идею референдума и последующего провозглашения независимости Иракского Курдистана. Вряд ли Вашингтон и его западные союзники выступят против этого. Что касается России, то официальные лица не хотят забегать вперед и призывать к распаду Ирака. Москва считает, что вопрос взаимоотношений региона с центром — внутреннее дело Ирака. Но, если подавляющее большинство населения курдского региона выскажется за свою независимость, и Эрбиль объявит об этом решении, то российские власти вряд ли воздержатся от признания нового государства. Ведь они признали волеизъявление народов Чехии, Словакии, Абхазии, Южной Осетии, Южного Судана, почему бы им не признать Иракский Курдистан? Как известно, в России зарегистрированы на уровне неправительственных общественных организаций представительство Правительства Иракского Курдистана во главе с Асо Талабани и представительство ДПК во главе с Хошави Бабакром. В Эрбиле с декабря 2007 года успешно функционирует Генеральное консульство РФ, хорошей традицией стало участие курдских делегаций на высшем уровне в работе Петербургского экономического форума, имеются масштабные российско-курдские проекты в области добычи углеводородов, курдские студенты обучаются в российских ВУЗах.

http://kurdistan.ru/2017/06/02/articles-29519_Irakskiy_Kurdistan_na_poroge_svoey_nezavisimosti.html

Ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Иванов Станислав Михайлович  

 

Категории: Главное, Израиль, Иран, Курдистан, Турция