РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



СТРАТЕГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ КАНАЛА «ЕВРАЗИЯ» В РАМКАХ РЕГИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Последние 10-15 лет в мире происходят перемены, направленные на формирование нового миропорядка – бесполярного мира. Очевидно, что без учета этих глобальных изменений трудно будет понять, что на самом деле происходит в регионе Центральной Азии. Особенно учитывая то обстоятельство, что там находятся стратегические и экономические страны-союзники Республики Армения в рамках ОДКБ и ЕАЭС – Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан.

14 мая 2018г. в Сочи, на саммите стран ЕАЭС, президент Республики Казахстан Нурсултан Назарбаев заявил о возможности строительства канала «Евразия» между Черным и Каспийским морями. Идея не новая, и, как выразился сам Назарбаев, «об этом говорили еще со времен царя»1. Впервые о строительстве широкомасштабного канала в условиях интеграции стран ЕАЭС Н.Назарбаев заявил 11 лет назад, в 2007г. Примечательно, что именно тогда о важности расширения водных путей на территории Российской Федерации заявил также президент РФ Владимир Путин, предложив в качестве варианта модернизацию Волго-Донского канала. В 2009г. Евразийский банк развития (EDB) выделил $2.7 млн. на изучение возможности создания нового водного транспорта, который соединил бы бассейны Каспийского, Азовского и Черного морей, однако окончательные результаты исследования пока не обнародованы.

Предлагаемый президентом Республики Казахстан Н.Назарбаевым водный путь на 1000 км короче предлагаемого россиянами пути, причем канал «Евразия» в состоянии пропускать больше грузов, нежели российский (до 45 млн. тонн ежегодно)2. Сегодня Астана почти 70% нефти и газа поставляет к Черному морю по территории России, посредством трубопроводного консорциума КТК (Тенгиз-Атырау-Астрахань-Новороссийск), однако инфраструктуры этого нефтепровода усложняют экспорт нефти и газа, так как довольно изношены.

Более подробно обратимся к критическим инфраструктурам проекта «Евразия». Этот проект следует рассматривать с точки зрения стратегической особенности региона. Безусловно, канал «Евразия» непосредственно связан с активным развитием в последние годы российко-китайско-казахстанского экономического сотрудничества. Помимо этого, реализацию проекта канала «Евразия» необходимо рассматривать с точки зрения безопасности региона. В этом контексте отметим стратегические особенности и интересы региональных и мировых акторов в Центральной Азии.

Турция и Иран. После коллапса Советского Союза многие мировые державы «положили глаз» на этот крайне важный в геополитическом плане регион, стремясь взять под свой контроль энергетические ресурсы стран Центральной Азии. Такие региональные акторы, как Турция и Иран, постарались воспользоваться своими культурно-историческими связями с народами региона, чтобы подтвердить и укрепить свое присутствие в Центральной Азии. Однако давление России, США и Китая провалило эту попытку.

С точки зрения национальной безопасности РА, следует подчеркнуть, что усиление фактора Турции в регионе Центральной Азии стимулирует также пантюркистскую идеологию, что опасно не только для Армении, но и для РФ, Ирана и Китая. Например, в случае Ирана важен факт существования в этой стране области «Иранский Азербайджан», где обосновалось большое количество тюркоязычного населения Ирана, и посредством Турции и Азербайджанской Республики на северо-западе Ирана могут развернуться определенные сепаратистские процессы. В Российской Федерации уязвимых зон критической инфраструктуры несколько больше. Во-первых, Северный Кавказ, большая часть населения которого традиционно исповедует Ислам. Во-вторых, тюркоязычные народы и народности Поволжья и Сибири, где опять же посредством Анкары и Баку возможна активизация и распространение радикальных исламистских и пантюркистских настроений, создавая для России очаги новой внутренней войны. Впрочем, такие попытки были предприняты в начале 1990-х гг., однако они не увенчались успехом. Аналогичная проблема актуальна и для Китая, северо-западные провинции которого густо заселены тюркоязычными уйгурами.

Соединенные Штаты и НАТО. В 1990-2000-х гг. Каспийский регион находился в авангарде внешней политики США и Североатлантического блока. Вашингтон был активно вовлечен в региональные политические процессы. США определили Каспийский регион целью создания зоны слияния евроатлантического единства. Эта зона начиналась с Черноморского побережья Грузии и завершалась у восточных границ Казахстана. Контроль над этой территорией (которую в американских академических кругах обычно называют Большим Каспием3) обеспечил бы значительные привилегии для США и НАТО в Центральной Азии и усилил бы влияние Вашингтона на мировом энергетическом рынке. Однако на нынешнем этапе, согласно установившемуся в «Большом Каспийском» регионе балансу, Соединенные Штаты и НАТО полностью вытеснены из западных и восточных берегов Каспийского моря4. Следовательно, США на нынешнем этапе вынуждены следовать стратегии «упущенных возможностей» для сохранения, по меньшей мере, минимального присутствия в регионе.

Стратегическая борьба между «Медведем и Красным драконом». Очевидно, что Россия взяла под свой контроль вопрос безопасности государств региона (см. Таблицу 1). Пекин стремится установить контроль над энергетическими запасами региона, что становится «угрозой» для Москвы, мешая последней играть свою важнейшую роль в Центральной Азии.

Таблица 1
Список действующих в Центральной Азии российских военных баз5, 2018г.

Несмотря на подписанный 29 мая 2014г. в Астане договор, согласно которому был создан ЕАЭС, Пекин на основании своей политики «экономической экспансии» (см. Таблицу 2) продолжает содействовать местным правительствам, стремясь «вывести» их из-под контроля Москвы и переманить на свою сторону. Однако России жизненно необходимо не допустить, чтобы ее оттеснили из региона, где она исторически занимает столь важную позицию.

Таблица 2
Доля экспорта Китая в странах Центральной Азии, 2016г.6

Учитывая ретроспективу, нужно заметить, что такой подход Пекина к Центральной Азии не является чем-то новым. Если российское государство впервые установило связи с народностями и ханствами Центральной Азии в начале XVI века, а переход этих народов под влияние Царской России произошел только 2-3 века спустя (XVIII-XIX века), то первые контакты китайцев с населением Центральной Азии имели место еще в период Империи Хань (VI век до н.э.). Более того, согласно мировоззрению «синоцентризма», «кочевые народы» Центрально-Азиатского региона вплоть до наших дней считаются неотъемлемой частью «Китайского мира» (Pax Sinica)7.

Выводы

— Реализация проекта «Евразия», в первую очередь, усилит региональные позиции Российской Федерации и Республики Казахстан;

— согласно результатам исследования «Sinohydro», канал может стать главным путем китайских грузоперевозок. Новый транспортный путь позволит сократить время на дорогу и расходы на грузоперевозки;

— идея строительства канала «Евразия» активно критикуется экологами. Это выгодно Тегерану, имеющему альтернативный проект – связать Черное море и Персидский залив и использовать его в рамках китайской программы «Один пояс – один путь»;

— Вашингтон также отрицательно отреагировал на данный проект, поскольку он повышает экономическую и политическую роль КНР и РФ не только в Центральной Азии, но и в Европе, являющейся целью поставок товаров и услуг Пекина и Москвы;

— проект «Евразия» придется по душе Анкаре и Баку, поскольку модернизация Каспийских портов Республики Казахстан будет способствовать развитию товарооборота между Астаной и Баку. Это, в свою очередь, активизирует региональное значение железной дороги Баку-Тбилиси-Карс.

Обобщая вышесказанное, необходимо констатировать, что центр мирового развития постепенно перемещается в Азиатско-Тихоокеанский регион и данный процесс, несомненно, способствует увеличению геополитического значения Центральной Азии как основы Евразийского континента («Heartland»), что в свою очередь активизирует стратегическую борьбу между Москвой и Пекином за роль лидера в регионе.

Андраник Ованнисян
Эксперт НОФ «Нораванк»

«ГЛОБУС» АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ, номер 5, 2018

1 ՍաֆարյանԱ., «Եվրասիա» նոր ջրանցք կառուցելու Ղազախստանի նախագահի առաջարկը (Сафарян А, Предложение президента Казахстана о строительстве нового канала «Евразия», на арм.яз.), http://www.azg.am/AM/2018060117, 05.06.2018.

2 Там же.

3 Свиточ А., Большой Каспий. Строение и история развития, Москва, МГУ, 2014, с. 54.

4 Зона, свободная от НАТО: Каспий сдался РФ, https://www.pravda.ru/authored/06-12-2017/1358605-kaspiy-0/, 12.05.2018.

5 Российские войска за рубежом, http://www.kommersant.ru/ImagesVlast/Vlast/, 16.05.2018.

6 The Atlas of Economic Complexity, http://atlas.cid.harvard.edu/explore/, 15.05.2018.

7 馬衛東, 中道網, 中國古代三大治世的歷史成因, 13.05.2018.

Категории: Главное, Иран, НАТО, США, Турция