РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



Китай расширяет влияние на Ближнем Востоке и закрепляется в Африке

Материал разместил: Панкратенко Игорь Николаевич

Председатель КНР Си Цзиньпин перед началом своего турне по Африке совершил первый за 29 лет официальный визит в ОАЭ. О том, как это событие может повлиять на ситуацию на Ближнем Востоке в интервью «CA-IrNews» рассказал российский востоковед, политолог Игорь Панкратенко.— Как состоявшийся визит председателя КНР в ОАЭ может повлиять на будущее развитие отношений двух стран и ситуацию на Ближнем Востоке?

— Главным итогом этого визита следует, на мой взгляд, считать принятое  сторонами решение об установлении отношений всеобъемлющего стратегического партнерства между Китаем и ОАЭ, а также подписание пакета документов о сотрудничестве в реализации инициативы «Пояса и Пути».

Хотел бы заметить следующее. Термин «стратегическое партнерство» достаточно девальвирован. В последние годы он достаточно часто употребляется для официальной характеристики отношений между какими-то двумя странами, но, по большей части, это лишь своего рода «протокол о намерениях». В случае с Эмиратами и КНР ситуация выглядит несколько иной — партнерство между этими странами опирается на достаточно серьезный фундамент, в первую очередь — в сфере финансов и инвестиций.

В декабре 2015 года Китай и ОАЭ запустили совместный инвестиционный фонд в размере 10 миллиардов долларов, средства которого направляются на проекты в сферу энергетики и высоких технологий. В Эмиратах активно работают Промышленно-торговый банк Китая (ICBC), Китайский строительный банк (CCB), Сельскохозяйственный банк Китая (ABC) и Банк Китая (BOC). В 2016 году инвесторы из ОАЭ вложили в Китай более 2,1 миллиарда долларов, а прямые иностранные инвестиции Китая в ОАЭ составили 4,6 миллиарда. Ну и объем товарооборота между странами по итогам 2017 составил более 41 миллиарда — цифра достаточно солидная. Для сравнения — товарооборот между Китаем и Россией в том же году составил 84 миллиарда.

В Пекине рассматривают ОАЭ как одну из ключевых стран для реализации инициативы «Пояс и Путь» — и руководство Эмиратов демонстрирует свою готовность к сотрудничеству в данном направлении. Одновременно — оказывая Китаю содействие в расширении его присутствия на Ближнем Востоке.

— Визит председателя КНР в Эмираты происходит на фоне отказа ряда азиатский стран от импорта иранской нефти. Следует ли Тегерану опасаться подобного шага и со стороны Китая, его договоренностей о замещении иранской нефти поставками из монархий Персидского залива?

— Во внешней политике и внешней экономической деятельности Пекина есть один очень важный нюанс. В отношениях с каким-либо государством КНР ориентируется на собственные интересы, а следовательно — конфликты этого государства с кем-то еще (даже если у этого «кого-то» также тесные отношения с Китаем) какого-то принципиального значения не имеют.

Развивая свои проекты с Ираном или Катаром, Пекин одновременно стремится и к развитию отношений с теми же ОАЭ, саудитами и Израилем.

Что же касается позиции КНР в отношении усилий США и их союзников в отношении максимального сокращения импорта иранской нефти — и вообще новых санкций в отношении Тегерана — то здесь все пока достаточно однозначно: Пекин не планирует сокращать импорт из Ирана и не намерен сворачивать свои экономические проекты в Исламской республике. Здесь, разумеется, есть свои нюансы, но это тема отдельного разговора.

— После ОАЭ китайский лидер планирует посетить африканский континент — Сенегал, Руанду и ЮАР. Почему именно эти страны?

— Китай давно и уверенно осваивает Африку, неспешно расширяя там зоны своего влияния. Делая это под зонтиком неоднократно уже упоминавшейся мною сегодня инициативы «Пояс и Путь». Как говорят сегодня в Пекине: «Прогресс Китая принесет Африке больше возможностей, а развитие Африки придаст толчок росту КНР». И тот же Сенегал стал одной из первых африканских стран, подписавшей соглашение с Китаем о сотрудничестве в рамках этой инициативы.

Что же касается, в частности, Руанды, то, помимо прочего, ее президент, Поль Кагаме, является председателем Африканского союза. И встреча с ним Си Цзиньпина тесно связана с подготовкой Форума по китайско-африканскому сотрудничеству, который пройдет в сентябре нынешнего года в Пекине.

Выбор ЮАР для визита также вполне очевиден. В ближайшие дни там состоится 10-я встреча лидеров стран БРИКС.

Кроме того, в нынешнем году исполняется 20 лет с момента установления дипломатических отношений между двумя странами. И за эти годы, помимо того, что товарооборот между Пекином и Йоханесбургом достиг в прошлом году 39,17 миллиарда долларов, Китай и ЮАР уже реализовали ряд крупных совместных проектов. Так, между двумя странами действуют прямые авиарейсы, основные финансовые структуры Китая создали в Йоханнесбурге свои филиалы или представительства. Кстати, ЮАР является крупнейшей африканской страной по числу проходящих там обучение китайских студентов, по количеству действующих институтов Конфуция (серьезного инструмента «мягкой силы» КНР). Более того — изучение китайского языка включено в систему народного образования этой страны.

Беседовал Азиз Пиримкулов

Категории: Главное, Иран, Китай