РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
OБЩЕСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ
ПОЛИТИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА



КТО СОТВОРИЛ КАТАСТРОФУ?

03

Боль и горе Армении

7 декабря 2018 года Армения отмечает печальную дату в своей истории: тридцатилетие разрушительного землетрясения, которое унесло десятки тысяч жизней жителей республики. Спитакское землетрясение – десятибалльное по данным ученых, стало испытанием и для всего Советского Союза. Тринадцать тогдашних советских республик оказывали помощь пострадавшим, то есть все, кроме одной – Азербайджана прославившегося мерзкими «поздравлениями» и блокадой Армении, на которую не нашлось ответа у союзных властей.

Председатель Попечительского Совета Института политических и социальных исследований  Черноморско-Каспийского региона, заслуженный строитель РФ Варткез Багратович Арцруни, в эту страшную для Армении годину возглавлял строительный комплекс Армении и мобилизовал все ресурсы стройкомплекса республики, направив всю технику в районы катастрофы. Эти решительные действия позволили спасти жизни тысяч людей оказавшихся под завалами разрушенных зданий.

На наш взгляд именно свидетельство этого замечательного человека, патриота Армении и России позволят нам вернуться в те суровые дни. Предлагаем вниманию читателей интервью, которое Варткез Багратович дал журналисту Саркису Саргсяну еще два года назад. На наш взгляд эта повторная публикация будет напоминанием и об этом страшном событии, и о  людях оказавших помощь Армении в те далекие но памятные дни.

 

Виктор Надеин-Раевский,

Директор Института политических  и социальных исследований 

Черноморско-Каспийского региона

Спитакское землетрясение: вопросы без ответов

Случаются трагические события, которые оставляют глубокий след не только в собирательной памяти народов, но и в памяти каждого его отдельного представителя, и после того как притупляется боль, эти события находят себе укромный уголок в нашем сознании или подсознании и каждый раз возвращаются ноющей раной.

Я БЫЛ 23-ЛЕТНИМ СТУДЕНТОМ ЕРЕВАНСКОГО ГОСУНИВЕРСИТЕТА, разбирающим завалы Ленинаканского филиала Ереванского политехнического института после 10-балльного Спитакского землетрясения 7 декабря 1988 года. Мы разбирали ту часть институтского корпуса, где находился факультет «Технологии текстильной и легкой промышленности» (в названии могу ошибиться). Там в основном учились девушки моих лет. С этих дней не выношу красные женские сапоги, очень модные в Армении в те годы, они ассоциируются у меня со смертью молодых и красивых.

И второе — безмерное недоумение: наши восточные соседи, которые называют себя азербайджанцами, твердят, что армяне их ненавидят только потому, что им прививают эту ненависть с малых лет и что это целенаправленная политика. Но при чем здесь политика, когда я, воспитанный в духе советского интернационализма и толерантности к другим нациям, отслуживший в армии, в том числе и с азербайджанцами, в страшном декабре 1988 года делаю для себя невероятное открытие: рядом и среди нас (карабахское противостояние еще не прошло точку невозврата, и многие азербайджанцы еще жили и в Армении, и в Карабахе) живет стадо дикарей, которые шлют нам поздравления со страшной бедой и желают ее повторения, то есть нашей смерти. Как на это можно отреагировать интернационалисту или националисту?

Последствия Спитакского землетрясения остаются основополагающим фактором, определяющим современную социально-экономическую ситуацию в Армении, связанную с ней миграцию, недовольство большой части населения несправедливым распределением всего того, что было создано в советское время общими усилиями предыдущих поколений, и имеют огромное влияние на наш душевный строй появлением новых элементов в национальном самосознании. До сих пор многие вопросы, в том числе и конспирологические, связанные с землетрясением, не получили надлежащих ответов. И когда коллеги обратили мое внимание на сборник документов «Спитакское землетрясение. Зона бедствия вчера и сегодня. Взгляд через 20 лет», составители которого А. Вирабян, А. Арутюнян и С. Мирзоян, я постарался там найти ответы на волнующие многих вопросы. Наивно, конечно. Прошло 28 лет. Многое позабылось. Но это далеко не праздные вопросы.

СУДЬБА РАСПОРЯДИЛАСЬ ТАК, ЧТО ВОПРОСЫ, СВЯЗАННЫЕ С ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕМ НА СЕВЕРЕ АРМЕНИИ, объективностью или субъективностью степени разрушений, возможной магнитудой Спитакского землетрясения, я могу задать заслуженному строителю РФ, профессионалу с большой буквы, под руководством которого по всей России построены целые кварталы блочных, монолитных, кирпично-монолитных и панельных домов, заслуженному строителю России Варткезу АРЦРУНИ, который 31 октября отмечает свое 75-летие.

В те трагические дни он находился в Армении, поскольку по приглашению Карена Демирчяна руководил строительным комплексом республики в ранге заместителя Председателя Совета Министров Армянской ССР. И в этом качестве он возглавил Республиканский штаб по организации спасательных работ и ликвидации последствий Спитакского землетрясения. Как свидетельствовал в свое время первый заместитель Председателя Совета Министров РСФСР Олег Лобов в сборнике «Спитакский мемориал: 1988-2008» (еще один сборник, посвященный 20-летию Спитакского землетрясения, под редакцией Л.В. Афанасьева), «зампреда правительства СССР Бориса Щербину и Варткеза Арцруни буквально разрывали на части, требуя немедленно вести разборку всех обрушившихся зданий. Как это можно было делать, если кранов всего 20-25, а объектов, где они требовались, — сотни?».

До этого периода Арцруни не работал в Армении и к строительству разрушенных в Ленинакане, Кировакане и Спитаке домов не имел никакого отношения. Человек не из тех, кто на пустом месте будет защищать честь мундира, выгораживая коллег по цеху, Арцруни уверен, что считать причиной таких страшных разрушений некачественную работу строителей и несоблюдение строительных норм и правил по крайней мере нечестно. В те дни для него это стало откровением, потому что все центральные газеты, как по команде, заполнили статьи, огульно и бездоказательно обвиняющие армянских строителей за страшные катастрофические разрушения. Таким образом, считает он, делались попытки «отмазать» центр от ответственности за неправильные строительные нормативы в сейсмоопасных регионах СССР, и в то время это, наверное, делалось в директивном порядке. Не проводились так необходимые комиссионные экспертизы.

57756_555_343

УЖЕ В 2000-х ГОДАХ В ПРЕССЕ ПОЯВИЛИСЬ СТАТЬИ О ТОМ, ЧТО ИНСТИТУТ ТЕКТОНИЧЕСКИХ ВОЙН (это, наверное, условное название, под которым работала группа ученых Института геологии АН Азербайджана во главе с Икрамом Керимовым, «отцом тектонического оружия») находился в Баку, и азербайджанские ученым поручалась разработка методики «дистанционного воздействия на очаг землетрясений и переноса энергии взрыва с помощью слабых сейсмических полей».

Все это трудно доказуемо. Норик Мурадян, первый секретарь Спитакского райкома КП Армении в 1988-1990 годах, задается вопросом: а было ли вероломное воздействие человека на природу? Известно удивительное заявление Н. Шебалина, заведующего лабораторией сильных землетрясений Института физики РАН: «О Спитакском землетрясении трудно говорить беспристрастно. Эта катастрофа потрясла не только всю толщу земной коры, но и всю толщу нашего общества. Рухнуло все, что прогнило: неоправданно оптимистическая схема сейсмического районирования Армении и намеренно удешевленные конструкции многоэтажных зданий, зарегулированная система гражданской обороны и беспомощная система местной администрации… Свой крест, свою вину будем нести мы, члены редакционной коллегии Карты сейсмического районирования СССР, допустившие то, что на Кавказе были приняты заниженные оценки сейсмической опасности».

В подтверждение своей правоты относительно невиновности армянских строителей Варткез Арцруни приводит следующие доводы: — Еще до 1988 года комбинат крупнопанельного домостроения в Ленинакане уже строил 9-балльные дома. Ни один из этих домов не пострадал. В основном разрушились каркасно-панельные дома и старые кирпичные постройки. А что касается метода подъема этажей, то мне еще до землетрясения было ясно, что метод этот ни по каким параметрам, ни по трудоемкости, ни по материалоемкости, себя не оправдывает. А в условиях повышенной сейсмоопасности он просто вредоносный. В Ленинакане было два таких здания: одно сложилось полностью, а у второго лопнуло внутреннее ядро, оно накренилось и в итоге было снесено уже после землетрясения. На выезде из Еревана, на Аштаракском шоссе, целый квартал таких домов стоит почти тридцать лет недостроенным. Никто не хотел анализировать, да и времени для этого не было — почему такие страшные разрушения? Откуда такая неоправданно оптимистическая схема сейсмического районирования Армении? Экспериментальные исследования зданий для проверки их надежности не проводились.

ВАРТКЕЗ АРЦРУНИ ОТМЕЧАЕТ, ЧТО ПОТОМ ЕМУ ЧАСТО ЗАДАВАЛИ ВОПРОС, как в те суровые и сложные дни азербайджанцы смогли — рискнули! — устроить блокаду Армении, когда представители 13 республик подоспели на помощь Армении, их надо было обеспечивать фронтом работы, а в Армении постоянно находился человек, наделенный чрезвычайными властными полномочиями — Председатель Совета Министров СССР Николай Рыжков, в последующем Герой Армении, одного слова которого было достаточно, чтобы азербайджанцы угомонились, но он пальцем о палец не ударил.

В. Арцруни говорит, что ответы на многие вопросы получил сам, вернувшись в Москву, встретившую его неприятными переменами, директивными документами, которые привели к дальнейшему развалу советской экономики. Крепкий хозяйственник, Арцруни считает, что закон «О государственных предприятиях», предусматривающий выборность руководителей, расшатал государственную дисциплину, а закон «О кооперативном движении» поставил госпредприятия в невыгодные условия, в результате чего начался массовый отток людей в кооперативы. О каком авторитете Предсовмина могла идти речь после всего этого?

Варткез Арцруни уверен, что Горбачеву нужен был человек, который не мешал бы разваливать СССР, и Рыжков полностью подходил для этой роли. Слова второго человека в стране — Рыжкова, приведенные в том же сборнике «Спитакский мемориал», о том, что «Советское государство никогда не было ни беспомощным, ни равнодушным к человеческим страданиям», перечеркиваются его беспомощностью: он не сумел или не захотел обуздать азербайджанцев, организовавших блокаду. Арцруни обращает внимание на кадровую политику Горбачева. Во главе союзных республик встали бывшие комсомольские работники, не имеющие никакого хозяйственного опыта и не способные эффективно руководить республиками.

Еще один аргумент направляет к конспирологическим рассуждениям вокруг землетрясения. Накануне землетрясения — 6 декабря 1988 года вполне синхронно и организованно подавляющее большинство азербайджанцев со всем имуществом мирно покинуло города и села Армении и двинулось в Азербайджан. Землетрясение застигло последний обоз азербайджанцев на перевале в Гукасянском районе. И второе — неизгладимая дикость: поведение азербайджанцев, бурно радовавшихся беде армянского народа, поздравительные надписи на железнодорожных составах, которые попадали в Армению через Азербайджан, отключенные рефрижераторы с продуктами, залитый водой цемент в вагонах, Это потрясло всех, но не увенчалось адекватной реакцией государства

МОЖЕТ, ИМЕННО В ТЕ ДНИ АРМЯНЕ ОКОНЧАТЕЛЬНО ДЛЯ СЕБЯ РЕШИЛИ, что с этими варварами из алтайских степей им не по пути. И что они вовсе и не «азербайджанцы», а истинные турки со всеми их историческими традициями и тенденциями, целями и задачами. Это к слову. Конечно, можно издавать десятки сборников по Спитакскому землетрясению, посвящать друг другу хвалебные оды и приводить красивые цифры. Но это не снимает с повестки дня множество вопросов, связанных с этой страшным бедствием. Последствия землетрясения до сих пор до конца не устранены, и по большей части виной этому — затеянная Горбачевым и его кликой блокада строптивой Армении.

Опыт восстановления Ташкента или Ашхабада показывает, что при задействованных ресурсах и правильной организации работы, при работающих коммуникациях северную часть Армении можно было поднять на ноги за одну условную пятилетку. Любой, кто имеет хоть малейшее представление о советской партийной иерархии, с уверенностью подтвердит, что без директивы из центра ни один Везиров не рискнул бы организовать блокаду, которая продолжается по сей день. Председатель правительства СССР мог просто дать команду и отключить Азербайджан от всех систем жизнеобеспечения, после чего азербайджанцы стали бы гораздо сговорчивее. Санкционированная в свое время уже Черномырдиным однодневная блокада этой страны создала опасность экономического коллапса.

«Голос Армении».

 

Категории: Армения, Главное